- Не бойся, Роман, - опять прозвучал голос Ветра. - Ты назвал меня другом, ты полностью доверился мне и я не предам. Как только скажешь, я тут же верну тебе управление твоим телом.
- Откуда ты знаешь, о чём я думаю? - смутился Роман.
- Это же просто, - сказал Ветер. - Мы теперь почти единое целое, я знаю почти каждую твою мысль, каждое твоё движение чувств. Как это здорово, Роман!
- Ты что, никогда прежде не управлял телом?
- Да ты что? - поразился Ветер. - Ты не знал, что это впервые в истории, когда человек добровольно впустил АИЗ в свой мозг?
- Не знал, - растерялся Роман. - А почему?
- Нас рассматривают как вспомогательный инструмент, как карту памяти, но практически никогда, как личность, - посетовал Ветер. - А ещё, наверно, потому, что нас боятся, нам не доверяют. Фантасты ведь довольно часто писали о войне роботов против людей.
- Постой! - воскликнул Роман. - Но ведь сейчас именно роботы воюют с людьми. Так что никакая это не фантастика.
И только сейчас Роман по настоящему сообразил, какую глупость он сотворил. На планете-свалке, в окружении роботов, ведущих войну против человечества, он не нашёл ничего лучшего, как полностью довериться электронному мозгу, заключённому в браслете на его левой руке. Высший порог глупости! Просто полный дебилизм!
- Ветер! - окликнул Роман.
АИЗ не откликнулся. Тело Романа сидело на коробе вентиляции, а сознание металось внутри черепной коробки в смятении. Он не мог ничего сделать в этой ситуации, он сам себя погубил. А заодно ещё предал всех людей, которые на него надеются. Если бы Роман владел сейчас своей глоткой, он глухо бы завыл от тоски и бессилия.
Так продолжалось долгую минуту, растянувшуюся в вечность. И вдруг Ветер откликнулся:
- Слушай, Роман! И прекрати паниковать!
Роман с облегчением взял себя в руки и обратил внимание на звуки. Внизу лязгнула дверь и послышались шаги. Голова Романа наклонилась и он увидел внизу двоих людей в форме ССОН. Это были Кир и Монах.
- Смотри, лейтенант, - раздался голос Кира. - Это цех разборки. У нас нет нужды ни в чём. Всё, что хочешь, можно найти на свалке. Эти детали поступают в сборочный цех, где из них собираются роботы и комплектующие для боевых звездолётов.
- Грандиозно! - откликнулся Монах, с любопытством оглядываясь. - Думаю, дни Содружества сочтены.
- Верно! - засмеялся Кир. - Им не устоять против нашей мощи. Но сегодня дальнейшей экскурсии не будет. После узнаешь всё, что нужно. А пока двигай туда.
Рука Кира указала проход, из которого недавно пришёл Роман.
- Там тебя ждёт робот-проводник, - продолжил майор. - Он покажет, путь к планетолёту, куда загнали Введенского. Постарайся взять его живым.
- Легко, - усмехнулся Монах. - Сынок наверняка даже не подозревает, во что вляпался и будет доверять мне, как командиру диверсионной группы.
Оба собеседника рассмеялись.
- Давай, действуй, Малыш! - хлопнул Кир Монаха по широкому плечу.
- Почему малыш? - шепнул Роман Ветру.
- Погоди! - отозвался тот.
Когда Монах скрылся в проходе, Кир немного постоял, смотря ему вслед, а затем презрительно сплюнул:
- Электронный ублюдок! Вообразил, что стал ровней мне. Ладно, пусть выполнят то, что я задумал, а потом опять загоним быдло в стойло.
Кир развернулся и скрылся за той дверью, в которую они вошли вместе с Монахом.
- И что ты об этом думаешь? - спросил Роман у Ветра.
- Ты заметил странности в поведении Монаха? - вопросом на вопрос ответил Ветер.
- Конечно! - хмыкнул Роман. - Он говорил, что дни Содружества сочтены и радовался этому. Он теперь на стороне роботов? И что здесь делает Кир?
- Он не на стороне роботов, - усмехнулся Ветер. - Он сам робот. АИЗ управляет телом Монаха. А Кир... Кир, похоже, возглавляет всё это безобразие.
- Ты хочешь сказать, что Кир предатель? - похолодел Роман от страшной догадки.
- У тебя есть другое объяснение? - иронически поинтересовался Ветер.
Роман промолчал. Действительность была ещё ужасней, чем он думал. Наступлением роботов на человечество командовали люди. Это просто не укладывалось в голове! Но тогда получается, что Ветру выгоднее примкнуть к ним, этим предателям. А Роман будет вечно прозябать в своём теле, не имея возможности ни помешать им, ни даже покончить с собой, чтобы не видеть краха цивилизации.