Днём они сходили в парк культуры и отдыха на берегу озера, лопали мороженое и шашлыки, кормили кусками батона маленьких утят, подплывающих к самому парапету набережной, катали Юльку на маленьком пони и вообще отрывались по полной. Роман, с самого утра сбегавший к банкомату, чтобы обналичить цифры, томящиеся на магнитном слое пластиковой карточки, денег не жалел. Стоило только Юльке пожелать большого мягкого медвежонка, чуть не в два раза выше её ростом, как Роман сразу же купил его. Огромный букет роз, приобретённый у уличного торговца цветами, оттягивал книзу руки Катерины. Шикарный обед в принабережном ресторане "Фрегат" остался наполовину не съеденным.
После обеда Юлька стала активно клевать носом и вскоре уснула на руках Романа. А он заказал у официанта бутылку сладкого "Шампанского", какое любила Катерина, и себе двести граммов дорогущей "Метаксы" и чашечку чёрного кофе.
Расслабленно наблюдая за людом Петровска, гуляющим по набережной, Катерина и Роман беседовали ни о чём, скрашивая разговор вином и коньяком. Но вдруг Катька встревоженно схватила за руку Романа:
- Смотри!
Роман взглянул в сторону, указанную Катериной, и тоже напрягся. К их столику направлялся ни кто иной, как Степаныч, короткий разговор с которым в прошлый прилёт на Землю оставил в душе Романа двоякое чувство. За спиной Степаныча маячила громоздкая фигура Вовика, лоб которого проверяли на прочность платяной шкаф в квартире Катерины, а затем ещё и металлический шарик, брошенный умелой рукой Романа уже в его собственной хрущёвке.
- Добрый день! - вежливо поздоровался Степаныч и указал на свободный стул: Можно присесть?
- Да ради Бога! - ответил Роман, передавая спящую Юльку на руки Катерины. На всякий случай он решил быть в боевой готовности, хотя был уверен, что здесь, на виду у многих людей, бандиты вряд ли начнут разборку. Впрочем, кто их знает?
Степаныч сел на свободный стул, Вовик встал за его спиной. Тут же к бандитскому авторитету подкатился лучезарный официант:
- Что будет заказывать?
- Пятьдесят граммов "Смирнофф" и яблоко, - не глядя на халдея бросил Степаныч и спросил у Катерины с Романом: - Вам что-нибудь заказать?
- Нет, мы уже пообедали, - хмыкнул Роман.
Водка в хрустальной рюмочке и краснобокое яблоко появилось перед Степанычем в одно мгновение. Словно за спиной официанта завертелся пропеллер Карлсона, а с ног упали цепи каторжанина. Такой прыти Роман не видел, когда делал свой заказ, и радостно подивился переменам, произошедшим в сфере общепита за последний час.
- С приездом! - поднял Степаныч рюмку с водкой.
Роман тоже взял свою с "Метаксой". Выпили не чокаясь. Степаныч с хрустом откусил кусок яблока. Прожевал его не спеша и лишь затем сказал:
- Ты, Рома, конечно, крут. Нет слов. И ребята стоят за тобой серьёзные. Но бабки, которые взяла твоя тёлка, - кивок в сторону Катьки, - ты всё-таки верни. Даже без процентов, поскольку уважаю тебя.
- И сколько? - спросил Роман.
- Вот это по-деловому! - осклабился Степаныч. - С тебя двести тысяч, что она в долг брала.
- А если я пошлю тебя куда подальше? - спросил Роман. - Ведь сам сказал, контора за мной серьёзная стоит.
Степаныч нахмурился:
- Не советую. Разборка большая будет, может кровь пролиться. Понимаешь, мы ведь не благотворительная организация и не Государственная Дума с Президентом, чтобы прощать долги за здорово живёшь. Остальные нас не поймут. Так что гони бабки - и привет! Мы тебя не знаем, ты нас не знаешь.
- Надо подумать, - сказал Роман.
Не то, чтобы ему было жалко денег, финансистами ССОН его счёт пополнялся регулярно и в достаточном количестве, просто не хотелось отдавать их бандитам. Тем более, что он был абсолютно уверен, что Катьку подставили на эти деньги, чтобы отобрать квартиру.
- Подумай! - сказал Степаныч и поднялся из-за стола. - Срок - два дня. Вот моя визитка.
Роман взглянул на Катьку. Она была бледна и крепко прижимала к себе спящую Юльку. Глаза её с ужасом остановились на белом прямоугольничке визитки, оставленной Степанычем.