- Как ты, братишка? - спросил он участливо.
- Нормально! - ответил Роман, чувствуя, как подгибаются его ноги.
- Досталось тебе, - хмыкнул Егор. - Но ничего, отлежишься. Бывает и похуже, правда, реже.
Роман нашёл в себе силы, чтобы доковылять до поверженного Малыша. Тот скрипел от ярости зубами и тужился, надеясь разорвать путы. Роман глянул в его пылающие глаза.
- Монах, - сказал доверительно и виновато. - Прости, что так вышло. Теперь тебе недолго осталось. Скоро этого ублюдка выбьют из твоей головы.
- Я тебя всё равно достану, Сынок! - прошипели злобно губы Монаха. - Всё равно достану!
- Ну-ну! - усмехнулся Роман. - Попытайся, электронный придурок.
- Эй! - недоумённо окликнул Романа Егор. - Вы это на каком языке базарите?
Только тут Роман сообразил, что говорил с Монахом на галактическом языке, производящем странное впечатление на тех, кто слышал его первый раз.
- Да так! - хмыкнул Введенский. - Есть одно наречие. Не обращай внимания.
- Ладно, не буду, - легко согласился Егор. - А с этим что делать будем?
- В город доставим, а там я его сдам, куда следует, - решил Роман. - Машина есть?
- Куда ж без неё, - подал голос подошедший Стрелок, доставивший Романа на такси к санаторию.
Роман посмотрел на него. Выглядел долговязый Виктор по-прежнему подозрительно и снайперская винтовка с глушителем, которую он держал на плече, как крестьянин мотыгу, не добавляла его облику благорасположения.
- Это ты выбил автомат из рук Вовика? - спросил Роман. - Классный выстрел!
- Стрелок у нас чемпион области и мастер спорта по стрельбе, - пояснил Егор, кладя руку на плечо Виктора. - Нет такой цели, в которую он бы не смог попасть.
- Да ладно тебе, - смутился Виктор, сразу став похожим на переростка, случайно попавшего под объектив телекамеры. - У вас с ребятами тоже есть чему поучиться.
- Это верно! - не стал спорить Егор. - И не только у ребят, но и у девчат. Познакомься, Роман. Вот твоя спасительница.
Роман взглянул на всадника-мальчишку, на которого указала рука Егора, и только тут понял, что это вовсе не подросток, а молодая девушка. Глаза её лукаво улыбались из-под надвинутой бейсболки.
- Лена, - протянула она Роману узкую ладошку.
- Роман, - отозвался Введенский и, подойдя к стремени лошади, не пожал, а поцеловал протянутую руку.
- Гусар ты, парень! - засмеялся Егор. - Не обращай внимания, Ленка, на его замашки. Он женат!
- Мужлан! - засмеялась всадница. - Такой момент испортил. Поучился бы лучше, как с женщинами обращаться надо.
- Ага! - не остался в долгу Егор. - Ты нам только что аристократические манеры продемонстрировала на этом придурке с автоматом и этом, что твоего гусара уделал.
- Это же работа! - возмутилась Ленка. - Какое она имеет отношение к человеческим отношениям?
- Никакого! - встрял в перепалку Роман. - Спасибо тебе, Лена!
Всадница бросила на него испытующий взгляд, не смеётся ли, и, ничего не ответив, поскакала к озеру.
- Как тебе наша амазонка? - спросил Егор.
- Супер! - не стал скрывать восхищения Роман. - Да и вообще вся твоя команда на уровне. Лихо вы всё провернули.
- Да, неплохо получилось, - согласился Егор. - Правда, едва успели вовремя.
И пояснил, откликаясь на недоумённый взгляд Романа:
- Там в лесу ещё пятеро лежат. Охрану они выставили, блин! Пришлось повозиться, пока втихую всех сняли. Кстати, что с ними делать будем?
- А чёрт их знает! - пожал плечами Роман. - Мне они не нужны. Только доставьте этого ко мне домой, а с ними поступайте, как знаете.
- Пусть тогда катятся на все четыре стороны, - решил Егор. - Оружие мы у них отобрали и предупредили, что в следующий раз разговор будет жёстче.
- Или всё-таки в милицию их сдать? - неуверенно предложил Роман.
- На хрен! - отмахнулся Егор. - Неохота с ментами связываться. Затаскают потом, козлы!
- Ну не все же они одинаковые, - вступился Роман за своих бывших сослуживцев. - Есть среди них и нормальные ребята.
- Ага! - не стал спорить собеседник. - Анекдот знаешь? Один мужик другому говорит: "Как я ментов ненавижу! Вот положил бы всех в гробы и пусть плывут себе по реке!" А второй: "Ну, зачем так то? Ведь есть же хорошие менты". А первый: "Вот-вот! Пусть хорошие в хороших гробах плывут, а плохие - в плохих".