- Заманчивая перспектива, - иронически хмыкнул Роман. - Сгинуть в ледяных толщах ради того, чтобы осчастливить десяток калек кусочком чудо-мха.
- Ты даже не представляешь себе, каким спросом он пользуется в Содружестве, - сказал Ветер. - Его постоянно не хватает, люди стоят в очереди на курс лечения десятилетиями.
- Слушай, Ветер! А сбежать с этой каторги есть возможность? - перевёл разговор в другое русло Роман.
- Таких случаев пока не было, - ответил АИЗ. - Да и куда бежать? Кругом холод и лёд. А звездолёты, доставляющие новых заключённых и припасы, охраняются со всей тщательностью.
Ветер оказался прав. Сбежать с планеты Льдов казалось невозможным. Вот уже три недели Роман находился здесь. Он привык к постоянным окрикам вертухаев, вооружённых электрошокерами, которые они не задумываясь пускали в ход. К мерзкой жратве, состоящей в основном из размоченных в воде концентратов. К храпу товарищей по беде, набитых в камеры по пятнадцать человек. К запаху потных тел и невозможности остаться наедине с самим собой. Днём по длинному ледяному тоннелю заключённых гнали на работу. Нужно было в тонких кожаных перчатках осторожно долбить границу камня и льда, чтобы, если повезёт, наткнуться на тонкую полоску мха, после чего со всей тщательностью собирать его в маленькие пластмассовые термосы-контейнеры, похожие на обыкновенные мыльницы. Комбинезоны были с подогревом, но они плохо спасали от холода, проникающего, казалось, во все поры организма. Работали с перерывами на полчаса через каждый час работы. Больше было не выдержать. Краткий отдых проводили в "бытовке" - обогреваемом помещении, в котором можно было стянуть с рук заледенелые перчатки и протянуть окостеневшие руки к электрокамину. Ровно через полчаса раздавался мерзкий крик конвоиров и толпа зеков валила на рабочие места. Замешкавшихся подгоняли электрические разряды, которые щедро раздавали охранники. Пару раз доставалось и Роману и он еле-еле сдержался, чтобы не свернуть шею толстомордому вертухаю, стегнувшему его электрошокером. Сдержал естественный порыв вчерашнего агента ССОН, а ныне заключённого № АР-22573, Ветер, вовремя произнёсший:
- Остынь! Тебе ни к чему Красная метка. Может, мы сумеем вырваться отсюда.
Красной меткой назывался алый кружок, который рисовался на груди и спине зеков, склонных к нарушению дисциплины и побегу. Удачных побегов с планеты Льдов, конечно, не было, но попытки случались регулярно. Не было зека, который хотя бы в робких снах не мечтал покинуть Льдинку, как звали они каторгу, и вновь обрести долгожданную свободу. Однако Красная метка создавала дополнительные сложности и в так нелёгкой жизни заключённых. Им, например, приходилось передвигаться к месту работы и обратно в наручниках. Запрещалось по вечерам посещать комнату отдыха, в которой можно было вечерами смотреть фильмы по выбору администрации зоны. На ночь их приковывали цепью к стене.
- Беспредел какой-то! - возмутился Роман, увидев такое обращение с каторжанином первый раз.
- Точно! - согласился с ним Ветер. - Явное нарушение Галактической Хартии о правах человека. Нарушены пункты 5, 7, 28.
- И что делать? - спросил его Роман.
- Ничего, - ответил Ветер. - Ждать. Я буду анализировать обстановку и, возможно, найду способ сбежать отсюда. Вот тогда-то мы и доведём до сведения всех, что твориться в зонах.
Роману ничего не оставалось делать, как согласиться с этим. Но время шло, а Ветер всё не мог найти лазейку для побега.
Уставший Роман предавался этим невесёлым мыслям на своей койке. Его никто не трогал. В первый день Таран - бывший спецназовец галактической полиции - попытался наехать на него, но получил такой отпор, что больше к Роману никто не совался. Его даже прозвали в камере Зубилом. Наверно потому, что Таран лишился с его помощью двух передних зубов. Новое прозвище понравилось Роману больше, чем то, что дал ему Монах. От Зубила веяло крепостью, надёжностью, прямолинейностью, то есть качествами, присущими Роману.
- Заключённый № АР-22573! - проорал от двери камеры вечно что-то жующий вертухай.
- Я! - Роман тут же вскочил с койки. Медлить не следовало, электрошокер у контролёра был наготове.
- К выходу, начальник вызывает! - лениво процедило жвачное в форме.
Роман привычно заложил руки за спину и двинулся в коридор. Зэки проводили его удивлённо-подозрительными взглядами. Вызов к начальству был редкостью. Максимум, кто удостаивал каторжан беседами с глазу на глаз, был начальник оперативной части, вербовавший среди них стукачей. Но Зубило никак не походил на представителей породы барабанщиков. Тогда зачем же его дёрнули к хозяину?