Пробуждение.
…Открывать глаза не хотелось. Словно блаженная нега, сродни неведению была проще, чем - то, что ждало за пеленой век. Но, пришло понимание, что всё равно придётся это сделать. Она распахнула веки, навстречу неведомому миру, который вдруг начал существовать, оказавшись потолком. Для начала – уже неплохо. Набранный из аккуратной пластиковой и древесной «плитки» потолок. Она резко села. Даже слишком резко, поскольку обстановка будто закружилась вокруг и все столы, тумбочки, кресла начали свой хоровод… Впрочем, ощущение это вскоре прошло. Просторная комната. На стенах – картины и фото разных далёких мест, в основном – пейзажи: скалы, леса, вода, цветы, красный песок… За окном – яркое солнышко и слышно пение птиц. Откуда – то доносится ненавязчивая, лёгкая музыка… Всё, как дома. Вот, только…
Это – правда её дом?
- Э–эй! – разлепила она губы и звук нехотя выбился наружу.
Крик был слабым, будто она давно не разговаривала… Наверное, это было правдой, она и в самом деле чувствовала себя так, будто побывала меж молотом и наковальней, чудом вернувшись к дееспособному состоянию…
Вспомнилась: Темнота, из которой словно возникала, вырывалась обледенелая линия дороги. В свете фар поблескивает лёд. Хоть асфальт дороги и стелется, словно ровный ковёр, но чувствуется напряжение, вызванное неподготовленностью. Погода слишком резко изменилась, подбросив этакую пакость, как заледеневший асфальт… Даже вовремя смененные шины будто не давали должного сцепления с дорогой. Мужчина сбоку от неё так и сетовал:
- Сама видишь, какая гадость… Ну не нервничай ещё и из – за пустяков! Лучше сосредоточься на дороге…
- Пустяков? – её голос… Очевидно, что её голос, - Пустяков? Сам посуди: им нужно привыкать вести себя нормально в обществе, а не носиться по торговому центру, как оголтелым…
- Ну мы же больше не будем! – виноватый голос с заднего сидения.
- Правда, не будем! – второй голос, - Честно – пречестно!
- Конечно! – отвечает она, вновь уставясь на дорогу.
Мимо проносится машина. Крупная. Тяжёлая. Силуэт будто у мамонта, вставшего на колёса и уносящегося во тьму. Из ниоткуда пришёл и словно канул в Лету, в пучину мрака, оборачивающегося тьмой, будто и существовать перестал… А это – большегруз…
- Хи – хи! – донеслось сзади.
- Ха – ха – ха! – вторил другой детский голос.
Сложно было понять, мальчик ли или девочка разговаривают и смеются на заднем сидении. Она помнила, что старалась не выказывать гнев, но такое вопиющее нарушение всех принципов, что она пыталась внушить, объяснить… Это просто выводило её из себя. Она впилась пальцами в руль, и мужчина увидел это, обернувшись к шалящим детям он шикнул и постаравшись взять угрожающий тон голоса сказал:
- Хватит шалить! Иначе останетесь без игр и мультиков! Кроме того, придётся накормит вас кашей…
- Но, мы не хотим кашу! – донеслось с заднего сидения почти в один голос.
- Не хотите, но придётся, - настаивал мужчина.
- Тогда мы станем капризничать! – заявили сзади.
- Всё! – она сама обернулась, оторвав взгляд от пустынной дороги на несколько секунд, - Ии вы прекратите все капризы! Или я немедленно устрою вам взбучку по прибытии! На три дня оставлю без развлечений! Поняли или нет?
- Поняли… - почти одновременно ответили всхлипывающие голоса и, она обернулась к дороге.
- Так – то… - сказала она, но…
Ослепительный свет залил кабину машины, раздался неприятный, разрывающий уши скрежет металла… Удар! Звук разбитого стекла… Крики… Она не помнила, кричала ли сама, но даже боли не было, лишь какое – то полузабытье, длившееся словно до этого момента, до пробуждения…
…- Нет! – взвыла она, вырываясь из объятий странных грёз и видений о своём вероятном прошлом, - Нет – нет – нет! Слёзы навернулись на её глаза заставив тело затрястись в приступе истерики от пережитого. Хоть она почти не чувствовала своей связи с теми событиями и даже не могла вспомнить лиц тех, наверняка близких ей людей, но испуг схвати её разум своими стальными пальцами, не спеша разжимать эту хватку и заставляя испытывать смесь боли и отчаянья… Девушку обуяла паника. Она будто оказалась в безвоздушном пространстве…
Дверь в комнату сместилась в сторону, с лёгким шипением и внутрь помещения вошёл мужчина среднего роста, с озабоченным лицом, волосами, «зализанными» назад и уложенными в небольшую косичку. Одет он был в серый деловой костюм, с цветастым галстуком и кроссовки, никак не вязавшиеся с его брюками. На мгновение, девушка даже перестала задыхаться от некоторого удивления облику вошедшего. Но, похоже, что он нисколько не смутился, чуть не с порога сказав: