– А я тут… – Шон не успел договорить.
Вскинула глаза, обожгла своим жутким взглядом.
– Кто-то, кто перегрызает горло и выпивает всю кровь. С таким не пойдёшь в полицию. Мы украдкой сжигаем тела, но разве такое утаишь. Кто-то из моих неразумных сестёр это сделал – разбудил мёртвого, поднял из могилы. А чтобы мёртвое продолжало жить, ему нужна кровь живых, много крови, каждую ночь. Виновницу я найду. А тебя прошу найти и убить зомби. Ты сильный, ты быстрый, ты сможешь. Надо пронзить ему грудь или срубить голову, это задержит мертвого. Потом окропить его вот этим зельем, – на столик перед ошеломлённым Шоном был вставлен фигурный пузырёк, а следом легло отточенное до зеркального блеска мачете, извлечённое из многочисленных ярких складок юбки. – Зелье разорвёт связь с ведьмой, отпустит мёртвого, а мне укажет след к той, которая этот обряд сотворила. А тебе после этого надо сжечь, что останется, тогда душа мертвеца будет свободна.
– А что будет с…
– Не беспокойся, я не стану убивать глупую ведьму, – ухмыльнулась женщина. – Проучу, объясню, что за дурное дело она взялась. А вот если не послушает, тогда… отниму дар.
Шон взял в руку оружие – интересный такой нож, большой и очень острый, только в отличие от классических мачете острие у него не закруглённое, тупое, а как пика. Таким действительно и в сердце можно бить, и голову рубить.
– Так что? Поможешь? – хмуро поинтересовалась старуха. – Знаю, презираешь таких, как я… Но сейчас мы с тобой на одной стороне. За людей прошу, не за себя. Пусть и не самых лучших, но они тоже жить хотят… А ты… раз среди нас, смертных, значит, для тебя тоже люди не пустое место. Так что?
– Любая жизнь бесценна… Нельзя её обрывать, – тихо отозвался Шон. – Так… где оно нападает? Где нашли убитых?
***
Вечеринка на кладбище 2
«Держись подальше от квартала Сторвил, парень, и будет тебе счастье…» – так наставлял его как-то один местный джентльмен преклонного возраста и сильно навеселе, когда Шон только-только появился в Нью-Орлеане. Нельзя сказать, что Фланаган боялся местного хулиганья – в конце концов, он же теперь не просто человек, но всё-таки к совету того мужчины Рыжий прислушался.
А сегодня сам явился сюда, в самый опасный район Нового Орлеана – злачный «нижний город», ведь именно здесь охотилась неведомая хищная тварь. Правда, сегодня охотником был Шон Фланаган.
Но мертвец об этом ещё не знал.
По крайней мере, Шон на это надеялся…
Старая ведьма сказала, что всё это случайность, но у Рыжего были сомнения. Уж больно умно вёл себя этот кровосос – недаром же выбрал охотиться здесь, на самом дне общества. Отчего же он не полез в богатые и благополучные районы? Конечно, зачем – там ведь сразу поднимут шум, полиция набежит, слухи поползут.
А здесь… Ну, пропадёт с улицы парочка «девиц», так на завтра им уже найдут замену, а про исчезнувших бедняжек и не вспомнят. Не дойдёт до своей конуры после «промысла» какой-нибудь воришка, так решат, что свои же пришили, не поделили «добычу».
Вполне возможно, что ведьма, сотворившая это зло, вполне отдавала себе отчёт, когда выпускала на охоту свою зверушку. Но это уже забота не Шона, а старухи Марго. Его дело изловить «зверя». А его создательницу чёрная ведьма найдёт и накажет сама.
Этим Фланаган сейчас и занимался – ловлей опасного хищника. Шон бродил по тёмным, жутким улицам, выискивая след.
Жаркая, влажная ночь липла к коже, обволакивала чернильным бархатом. «Ароматы» подворотен в этой духоте били в нос особенно резко.
Шон вдруг замер, принюхиваясь – к прочим зловониям примешался тошнотворный запах разложения. Вот это точно след! Нет, это вовсе не значило, что где-то рядом затаился тот самый восставший мертвец. Но такой трупный запах имели многие подобные сущности – самые низшие, озлобленные и опасные. Скорее всего, этот омерзительный шлейф оставил здесь тот, кто и нужен Шону.
И Рыжий прибавил шаг, цепляясь, словно за путеводную нить, за этот сладковато-гнилостный запах, который лишь усиливался, подтверждая, что Шон на верном пути.
А потом принюхиваться уже не было нужды, потому что ночь пронзил отчаянный, полный ужаса женский вопль. Шон со всех ног рванул в темноту, свернул в один из переулков, а тот, как назло, заканчивался тупиком. Но Рыжий с разбега перемахнул через двухметровую стену почти без усилий.
Снова побежал.