– Не бойся, мама, меня и не заметит никто!
Кайл спрыгнул с постели, готовый сорваться прочь, но напоследок ещё раз обнял лэмаяри, уткнувшись ей в живот.
– Единственный мой, – Анладэль поцеловала шёлк его чёрных волос. – Кайл, я так люблю тебя, больше жизни люблю! Скоро мы будем свободны, ненаглядный мой!
Сказания Побережья 9
– Я смотрю, ты собираешься куда-то… Далеко?
Анладэль вздрогнула. Она даже не слышала, как открылась дверь. И всё-таки взяв себя в руки, она ответила холодно, продолжая невозмутимо перекладывать вещи:
– Куда я могу собираться? Так, уборку затеяла.
– Сама? Какая молодец! Позвала бы слуг, – Ольвин с ухмылкой захлопнула дверь и привалилась к ней спиной.
– Рабыня слуг зовёт, дабы комнату убрать – забавно! А Вам, миледи, что угодно? Вы прежде ко мне заходить гнушались…
– Зато милорд здесь частый гость! – зло хмыкнула Ольвин. – Ну да… не будем об этом сейчас! Я с миром пришла.
Анладэль бросила свои тряпки, подняла глаза на хозяйку Солрунга, стараясь не выказать свой страх. Если Ольвин сама явилась к ней с разговором, есть отчего встревожиться. А та прошлась по комнате вальяжно, уселась на постель, провела изнеженной рукой по одеялу и снова усмехнулась криво каким-то своим мыслям.
– Ты вещей больше тёплых бери! Ночи уже студёные, снег со дня на день ляжет. Ещё просудишь сына…
– Не понимаю я Вас, миледи. Что за загадки? – сдержанно отвечала лэмаяри, украдкой пробежалась взглядом по комнате – нет ли на виду чего-то откровенно её выдающего.
– Хватит меня дурачить! Я всё знаю, – Ольвин не сводила с невольницы глаз. – Мне Рита рассказала про твои замыслы.
Сердце сжалось в груди Анладэль, сбилось с такта, замерло. Ледяным ужасом сковало всё тело, душа словно ухнула в Бездну.
Не может быть! Ложь! Чудовищная ложь! Не могла она так поступить! Рита не могла предать её! Только не она!
– О чём рассказала? Может, старуха знает то, чего я сама не знаю? – с трудом проговорила «дочь моря», уже понимая всю тщетность своей попытки обмануть миледи. – Так что она наплела?
– Довольно. Ещё раз повторяю, я знаю всё. Чего смотришь? Не веришь? До чего же ты глупа! Нашла к кому за помощью бежать… Старая волчица Форсальду собственной дочери не пожалела. Думаешь, ты для неё кто? Любимая кукла хозяина – вот ты кто, понимаешь? – Ольвин ухмыльнулась зло и продолжила издевательским тоном: – Нет, она не со зла, ты не думай! Она хотела как лучше. Не могла допустить, чтобы ты сына увезла без ведома милорда. Это ведь так дурно – разлучить дитя с его отцом. Да и, опасается она за вас – вдруг в пути сгинете, или мальчика твои сородичи убьют. Представляешь, как она за вас испугалась? Так струхнула, что ко мне на поклон пришла. А ведь мы с Ритой заклятые враги с тех самых пор, как тебя, дрянь, мой муж в замок привёз. Она просила меня запереть тебя здесь, покуда не вернётся милорд Форсальд. Сначала, разумеется, не сознавалась, зачем ей это. Да я не так глупа, как многие мнят.
Анладэль на долгую эту речь никак не реагировала: стояла молча, глядя прямо перед собой, и чувствовала, как ноги подкашиваются.
Да что уж теперь! Всё пропало. Всё кончено. Всё безнадёжно.
Предали, предали, предали! Будь проклята Старая волчица!
Анладэль даже злиться не могла: её накрыло чёрным покрывалом отчаяния, непроницаемым и тёмным, как беззвёздная ночь. И теперь эта безысходность станет её вечной спутницей – будто солнце в небе угасло навсегда.
Ольвин расхохоталась звонко и раскатисто, глядя на побелевшую, как снег, «дочь моря».
– Да погоди умирать! Я же сказала, что с миром пришла. Я могу запереть тебя и твоего выродка. Только я не стану этого делать…
Ноги всё-таки подвели, комната внезапно всколыхнулась, и Анладэль без сил опустилась на колени, взглянула снизу вверх в тёмные глаза Ольвин, пытаясь понять хоть что-то из её странных речей.
– Все эти годы я только и мечтала о том, как избавлюсь от тебя. Ты же знаешь это. Я пыталась тебя отравить, да старая ведьма мне не дала. А теперь, когда всё так чудесно сложилось, неужто я упущу шанс? Опять же, и совесть моя будет чиста. Ты сбежишь, заберёшь своего отпрыска, и мы забудем вас, как дурной сон. К тому времени, когда Форсальд вернётся домой, тебя и след простынет. Он никогда не найдёт вас. И я избавлюсь навсегда и от тебя, и от мерзкого полукровки. Я ненавижу тебя всей душой, Анладэль! Но сегодня я готова помочь тебе. Потому что так я помогу себе и своим дочерям. И клянусь, я сделаю всё, чтобы от тебя отделаться!