Во-первых, утром уже успели подстрелить молоденькую ланку и пару жирных эшграгов, не успевших ещё отощать с осени. Во-вторых, похоже, Келэйя была права – добыча на охоте для мужчин была совсем не главным.
Воины и слуги были рады возможности оказаться подле своего владетеля. Ратур был счастлив, выбравшись на простор из замка, в окружении тех людей, которыми дорожил. И то, что зять впервые изъявил желание поехать вместе с ними, его тоже обрадовало несказанно.
Кайл тоже был счастлив, несмотря на докучливое соседство Шеали – провести столько времени в лесу, да ещё и с отцом, о чём ещё можно мечтать!
Словом, эта охота всеми воспринималась как праздник, и мужчины, пребывая в добром расположении духа, без конца смеялись, шутили, рассказывали охотничьи и военные байки. Ратур между делом старался научить Шеали премудростям охотничьего дела, хоть юноша особым рвением пока не горел.
– Что значит никакой разницы? – горячился хозяин Эруарда. – Друг мой, я тебе так скажу, кабан – это такой зверь, что не каждому ещё даётся! Талвар шутит, что с медведем легче совладать, чем вепря одолеть.
– Тут ведь надо ещё знать, куда стрелять, – поддакнул молодой весёлый паренёк по прозвищу Левша. – Вернее всего, в пузо бить! Да тут поспеть надо и промахнуться нельзя. Раненый секач – это я тебе скажу, пострашнее дракона будет! Точь в точь как моя жена, когда я навеселе прихожу! Коли сразу не уложишь на спину – готовься, наверняка на тебя попрёт!
– Особенно, если на секача попадёшь. Хотя его по уму ни один охотник не тронет, тут лучше пропустить, да подождать молодого кабанчика…
– Так секач это не кабан, что ли? – совсем потерялся Шеали. – Не пойму.
– Сразу видно – не охотник, – хмыкнул Ратур. – У секача клыки, что твои мечи! Его даже волки и медведи стороной обходят. Сила и мощь несокрушимая! А шкура толстая, как подошва сапога. Броня!
– Это точно! Бывает такой калкан – топором с одного раза не разрубишь! – закивал согласно Левша. – А если ещё щетина знатная, так она в такой колтун сбивается – всё равно, что рыцарский доспех.
– Калкан это…
– Это у секача под шкурой жир такой плотный, что не пробить его даже копьём, – охотно разъяснял Ратур.
– Точно, как у толстяка Этана! – захохотал Левша. – А у него жира больше, чем снега вон в том сугробе.
Раскатистый смех пронёсся по лесу.
– Так как же на него тогда охотиться? – не понял Шеали.
– А на него лучше не стоит, – мудро заметил седовласый охотник по имени Нааран. – Пусть секач своей дорогой идёт, а ты своей! Чтобы такое чудище одолеть, надобно быть бывалым охотником, повадки его знать, хитрости. Не то выпустит кишки, и чихнуть не успеешь!
– Хватит парня пугать! – хмыкнул Ратур. – Не слушай их, Шеали! Вепрь – зверь осторожный: случайно его не встретишь, а нарочно мы его искать не станем.
– Я думал, мы как раз кабанов и ищем…
– Так мы ищем молодых поросят. С ними и дитя сладит, – заверил Левша.
– Так, а с секачом этим как же? Неужели нельзя его убить никак? – допытывался Шеали.
– Можно! Верный способ есть… – хитро подмигнул Левша и продолжил заговорщицким шёпотом: – Как увидишь, что эта гора на копытах на тебя несётся, надо прицелиться и … попасть ему точно в глаз. И всё!
Охотники снова дружно захохотали.
– Да уж, проще не бывает… – Шеали тоже попытался сделать вид, что он разделяет общее веселье. – А тебе самому это удавалось?
– Ни разу! – честно и весело признался Левша.
– Да таких мастеров во всем Герсвальде не сыскать! – заверил Нааран с уверенностью знающего человека. – Это байки всё. Дескать, есть такие охотники, что зверя в глаз бьют, шкуры не попортив. За всю жизнь такого не видел.
– Как же! А Кайл! Забыл, что ли? – воскликнул Левша. – Кайл, ты чего молчишь, скромняга наш?
– А верно! – обернулся на воспитанника Ратур. – Не кабан, конечно… Но тот олень знатный был. Таким трофеем можно гордиться.
– Ты только представь, милорд! Оленя застрелил прямо в глаз! Одной стрелой уложил такого рогача! – восторженно рассказывал Левша, энергично размахивая руками. – Я сам видел. А ведь ещё пацан был, зелёный совсем! Года три-четыре прошло, так, Кайл?