Она мысленно успокаивала себя тем, что человек, который даже не может самостоятельно подняться с земли, вряд ли способен причинить ей какой-то вред. Если вдруг сунется, достаточно будет его толкнуть, и он снова неуклюже развалится на дороге. Но страх и тревога уже настолько овладели ею, что она была готова броситься мимо пьяного со всех ног. Так ей казалось...
Но ноги отказали и приросли к земле.
К тому, что она увидела, Ева оказалась совершенно не готова.
Сначала подумалось, что это тоже шутка от любителя Хэллоуина. Пьянчуга, заслышав её торопливые шаги, прекратил свои конвульсивные подёргивания, вскинул голову. И даже в вечернем сумраке Ева разглядела жуткую перекошенную звериную морду. Уродец напоминал персонаж из старых ужастиков – такой вот нелепый грим, который на экране смотрелся немного смешно, а вот на тёмной, вечерней, пустынной улочке испугал до полусмерти.
Она всё ещё цеплялась за спасительную мысль, что это дурацкая праздничная маска, и острые когти, которыми мерзкая тварь царапает асфальт, разумеется, тоже накладные. Но когда странное дёрганое существо утробно зарычало, Ева завизжала так, что сорвала голос.
Оглушительный вопль не напугал отвратительную тварь, а, кажется, лишь спровоцировал. Продолжая урчать, как рассерженный кот, жуткий монстр пригнулся, готовый атаковать.
Ева попятилась, вжавшись спиной в забор, не спуская глаз с неизвестной твари. Ей бы кинуться со всех ног прочь… Ведь, буквально ещё десять-пятнадцать метров, и закончится эта тропинка-ловушка, а там дорога, перебежать её, и вот он – родной двор.
Но Еву словно пришпилило к металлической решётке, оплетённой кустами.
И вот, в тот миг, когда неповоротливая с виду, странная тварь вдруг пружинисто прыгнула в её сторону, будто шустрая блоха, в тот миг, когда ошарашенная происходящим Ева уже почти простилась с жизнью, в воздухе вспыхнуло что-то, словно молния блеснула, или яркий прожектор скользнул лучом, и тело вздрогнуло от беззвучной ударной волны.
Тварь отлетела в противоположную от Евы сторону, впечаталась в забор так, что железные прутья прогнулись и задребезжали жалобно.
– Яр-р-р-ру! – клич раскатился в тишине, угрожающий, похожий на звериный рык.
Тварь, заскулив, прижала морду к земле, словно пёс, которого пожурил строгий хозяин, попятилась от надвигавшейся из сумрака высокой сияющей фигуры.
Ева могла бы поклясться, что видела сейчас нимб над головой спасшего её человека, а ещё сияла белым заревом его вытянутая вперёд рука, с растопыренными пальцами.
Ева смотрела на всё это, как во сне, перестав понимать, что вообще происходит.
Покорность жуткого существа оказалась просто уловкой. Уже через секунду оно метнулось в атаку снова. Второй раз полыхнуло так, что пришлось зажмуриться. Тварь взвыла, проехав по асфальту, и опять врезалась в забор.
Переставшая сиять звёздным светом рука вцепилась в Еву. Она с изумлением сообразила, что привидевшийся ей нимб – это всего лишь светлые волосы в лучах уличного фонаря.
– Бежим! – скомандовал вчерашний "маньяк" и потащил прочь так стремительно, что пришлось подчиниться, хоть ноги и заплетались до сих пор.
У дороги они оказались в одно мгновение. На обочине стояла какая-то крутая чёрная тачка с распахнутой настежь дверью. Эрих мгновенно толкнул девчонку внутрь, захлопнул дверцу и, прежде чем она успела пикнуть хоть что-то, блондин уже был за рулём.
Машина взревела и рванула в ночь, но Ева всё равно успела рассмотреть в зеркало заднего вида, как жуткая несуразная тварь несколько мгновений преследовала их автомобиль, пока не отстала вовсе. Ева покосилась на спидометр, стрелочка подрагивала на 150 км/ч.
***
[1] Дмитрий Курцман
На этом приключения не закончились, а только начинаются:
https://litnet.com/ru/book/vita-kniga-1-b399525
Сад Каменных Цветов
(Отрывок из книги "Дева для властелина")
https://litnet.com/ru/book/deva-dlya-vlastelina-b304629
– Придётся устроить небольшой маскарад… Надень, пожалуйста! – Айден помог Коре накинуть поверх одежды свободный и длинный балахон, из лёгкой ткани, вроде старинного хитона, только ещё и с глубоким капюшоном. – Мы пойдём через Город Мёртвых. Тебя могут увидеть. Не хочу, чтобы кто-то понял, что ты живая. Или увидел твоё лицо.