Это было удивительно для Коли, ведь он даже на похоронах родителей не плакал, а здесь... И из-за чего? Вытерев слезы рукавом, он двинулся в сторону лифта. Зайдя за угол коридора огромной гостиницы, он возблагодарив Бога, что площадка перед ними пуста. Нажал на кнопку, дождался прихода, всё на автомате. Он намеревался идти на ужин, который сам же и организовал.
“Неудобно же будет, всех позвал, столик забронировал, а сам не пришёл” - думал он в одиночестве, спускаясь на лифте. Вот только словно “неудобно” засело в голове и крутилось, крутилось, крутилось как лампа в маяке. Говорить, что он инфантильный тоже должно быть неудобно, но ни мать, ни дочку, никого из его коллег это не смущало. Они даже обсуждали это вечерами дома, во всеуслышанье. Так почему его должна смущать неявка на ужин, где ему никто не рад. Двери лифта открылись, а маршрут в голове Коли поменялся. Он зашёл в бар, заказал бутылку рома, и не слушая ругательства бармена на иностранном языке, что выносить тару из гостиницы нельзя, в обход ресторана двинулся на пляж. К вечеру тут было почти пусто. Только где-то метрах в трестах прогуливалась парочка пенсионеров, держа обувь в руках, а босыми ногами медленно вышагивая по мокрому песку, на который изредка накатывали волны.
Он не заметил, как ополовинил бутылку, а на пляже остался один. Никто не искал прогульщика, и тот спокойно напивался, морщась после каждого глотка.
“В следующий раз, нужно будет еще заказывать чем запить” - алкоголь обжигал глотку, проваливаясь в желудок приятной тяжестью что отдавалась в голове. Там уже происходили изменения от большого количества выпитого, циркулирующего в крови. Коля, не стесняясь в выражениях, но строго про себя, думал всякие гадости о своих коллегах и даже про дочь-подростка одного из них, придумывая и им обидные прозвища и клички. Хотя у него выходило не так виртуозно.
Он задумался, почему никогда до этого не занимался подобным? Хотя, если углубиться в воспоминания, то он много чего не делал в своей жизни. Например, он никогда не дрался, не занимался сексом в экстремальных местах, не гонял на машине или мотоцикле, не прыгал с тарзанки. Вообще все экстремальные развлечения, что он мог вспомнить обошли его стороной. А если ещё точнее он их избегал. Так как экстрим всегда связан с риском, а зачем рисковать, если жизнь и так полна опасностей. “Туда не ходи, снег бошка попадёт, совсем мёртвый станешь” - сразу всплыла в голове фраза из советской комедии. Вот просмотром фильмов, сериалов, чтением книг он занимался активно. Свободного времени хватало. И даже называл себя киноманом и книголюбом. Каждый раз, увлекаясь каким-то новым миром или вселенной, которые он для себя открывал, он часто погружался в мир своих фантазии, представляя, чтобы он сделал на месте того или иного героя. Каждый из них был либо смелым, сильным, успешным, или просто удачливым. Совсем не таким, как он. Их бы не остановили язвительные слова, он бы воспринял их с улыбкой, пошутил бы сам над собой, так, что заставил бы смеяться всех окружающих. Герой! Он мог совершить невозможное и сделать сложный моральный выбор, не сомневаясь, не боясь последствий, за которые нужно будет нести ответственность. Вместе с тем каждый из них наслаждался жизнью, беря от неё всё возможное. Соглашался на каждую авантюру, вкусно ел, красиво жил, знакомился с каждой симпатичной девушкой, так чтобы ни одна милая мордашка не осталась обделённой.
Коля, разгоряченный алкоголем, разогнавшийся в своём воображении, даже не заметил, как вскочил на ноги. Мысли летели вихрем. Он тоже может быть таким героем. Получать удовольствие от жизни. Он слегка огляделся, но подходящих вызовов, что готова была бросить ему судьба поблизости не было. Тихо плескало море, освещаемое лишь светом звёзд и огнями гостиницы за спиной.
“А я ведь никогда не купался ночью!” - посетила его внезапная идея, - “Это будет тем, с чего я начну наслаждаться жизнью. Нет! С чего я начну свою НОВУЮ жизнь!” Дело за малым. Одежда и обувь полетела на песок. Оставшись в одних трусах Коля слегка поежился, воздух был тёплым, несмотря на ночь, а вот ветерок неприятно холодил. Но он сделал еще несколько глотков залпом, и пустая бутылка отправилась вслед за одеждой.