Чтобы сохранить энергию, а также не слышать бесконечный поток жалоб своего высокого товарища, Эрдва Дэдва отключил почти все свои наружные датчики. Он неподвижно лежал посреди кучи запасных деталей, величественный, но в данный момент изрядно озабоченный своей судьбой.
— Неужели это никогда не кончится? — возопил Трипэо, когда еще один мощный толчок подбросил их камеру. Он уже успел вообразить себе самые различные концовки этого путешествия, числом не меньше пятидесяти, и отказаться от них. Он был уверен лишь в том, что теперешнее положение наверняка хуже, чем все то, что он смог вообразить.
Затем произошло нечто совершенно невообразимое, хуже, чем самый жесткий толчок. Гул мотора песчаного танка-краулера замер, и машина остановилась, словно в ответ на отчаянную мольбу Трипэо. Среди тех роботов, которые еще сохранили остатки чувствительности, возник беспокойный шум, когда они начали раздумывать, где находятся и что ожидает их в самом скором времени.
Трипэо, по крайней мере, уже понял возможные намерения своих захватчиков.
Пленники, находящиеся вместе с ним, объяснили ему природу этих полуживых-полумеханических скитальцев — джавов. Передвигаясь в своих огромных домах-крепостях, они рыскали в самых неудобных для жизни районах в поисках полезных ископаемых и ценных металлов. Они никогда не снимали капюшонов и противопесчаных масок, поэтому никто не знал, как они выглядят. Но считались они невероятно уродливыми. И Трипэо не надо было убеждать в этом.
Склонясь над своим все еще неподвижным товарищем, начал упорно трясти его цилиндрическое туловище. Внешние сенсоры Эрдва не были отключены, и на груди маленького робота начали последовательно, один за другим, зажигаться огоньки.
— Проснись, проснись! — призывал его Трипэо. — Мы куда-то прибыли и остановились… — как и у некоторых других роботов с богатым воображением, его глаза утомленно скользили по металлическим стенам, в любое мгновение ожидая увидеть отодвигающуюся в сторону панель входа и огромную металлическую лапу, пытающуюся найти и схватить его.
— Мы обречены, в этом нет никакого сомнения, — печально произнес он, когда Эрдва выпрямился, полностью приняв рабочее состояние. — Как ты думаешь… они отправят нас на переплавку? — несколько минут он молчал, затем добавил: «Меня убивает это ожидание!»
Дальняя стенка помещения отодвинулась в сторону и ослепительно белый свет татуинского утра обрушился на них. Трипэо был вынужден закрыть свои фоторецепторы, чтобы сберечь их от повреждения.
Несколько отвратительного вида джавов быстро проковыляли в их камеру. Они были одеты в те же самые грязные обмотки, которые Трипэо заметил на них накануне. Используя ручное оружие неизвестной конструкции, они раздавали роботам тычки. «Как они самоуверенны!»— отметил про себя Трипэо, неподвижно стоя на месте.
Не обращая внимания на неподвижных роботов, они выгнали тех, кто был способен двигаться. Среди них оказались Трипэо и Эрдва Дэдва. Теперь оба робота стояли в неровном строю других роботов.
Рукой прикрывая глаза от яркого солнца, Трипэо увидел, что они — пятеро роботов — стоят у подножия огромного песчаного танка. Мысль о побеге даже не пришла ему в голову. Такое понятие для робота было абсолютно чуждо. Чем умнее робот, тем ужаснее и невообразимее для него это понятие. К тому же, попытайся он бежать, встроенные в него датчики тотчас обнаружили бы эту неисправность в его логических блоках и сожгли бы цепи в мозгу.
Вместо этого он рассматривал купола и корпуса испарителей, свидетельствующие о крупном подземном помещении людей. Хотя ему был неизвестен этот тип строений, все признаки указывали на то, что довольно скромное уединенное поселение живет и работает. Мысль о том, что его разберут на части или заставят работать в шахте с повышенной температурой, постепенно улетучивалась из его головы. Его настроение соответственно улучшилось.
— Возможно, все будет не так уж и плохо, — с надеждой пробормотал он. — Если мы убедим этот двуногий сброд сгрузить нас здесь, мы сможем поступить на службу людям, вместо того, чтобы пойти на переплавку…
Эрдва что-то уклончиво прочирикал. Оба робота замолчали, когда джавы начали суетиться вокруг них, пытаясь приукрасить одного совсем уже никудышного робота с неестественно выгнутой спиной. Они пытались замаскировать вмятины на его теле замазкой или грязью.
Двое джавов суетились вокруг него самого, очищая его тело от песка. Трипэо отчаянно старался подавить чувство брезгливости. Одной из его человекоподобных функций была способность по-человечески реагировать на отвратительные запахи. Но ясно было также и то, что говорить им об этом было совершенно бесполезно.