— Ты говоришь на бонна?
— Конечно, сэр, — ответил Трипэо, впервые почувствовав уверенность от первого правдивого ответа. — Это мой второй язык. Я так же свободно говорю на бонна, как…
Но фермер, кажется, решил не дать ему закончить ни одного предложения.
— Заткнись! — Оуэн Ларе посмотрел на джава сверху вниз. — Я беру этого тоже.
— Я уже замолк, сэр! — молниеносно ответил Трипэо, с трудом сдерживая свою радость от того, что его купили.
— Отправь их в гараж, — приказал дядя племяннику. — Я хочу, чтобы к ужину ты почистил их.
Лук вопросительно посмотрел на дядю.
— Но я собирался на станцию, чтобы забрать несколько новых энергопреобразователей и…
— Не ври мне, Лук, — мирно сказал ему дядя. — Я не против того, чтобы ты терял время со своими друзьями-бездельниками, но только после того, как ты покончишь со своими обязанностями. А теперь за дело, и помни — до ужина!
Удрученный Лук раздраженно обратился к Трипэо и маленькому сельскохозяйственному роботу. Он знал, что лучше не спорить с дядей.
— Эй, вы двое следуйте за мной. — Лук направился в гараж, а Оуэн приступил к переговорам о цене с джавами.
Остальные джавы повели троих оставшихся роботов в танк, но тут раздался печальный рыдающий гудок. Лук увидел малыша Эрдва, нарушившего строй и направляющегося к нему. Его немедленно задержал джав, держащий в руках прибор управления роботом, действующий через диск на груди.
Лук с любопытством посмотрел на «восставшего» робота. Трипэо хотел что-то сказать, но, взвесив все «за» и «против», передумал.
Минуту спустя рядом с ним что-то резко звякнуло. Опустив взгляд, Лук увидел, что от головы сельскохозяйственного робота отвалилась заплата. Внутри его раздался скрежет. А через секунду робот начал биться, разбрасывая вокруг себя детали из своего нутра.
Наклонившись, Лук заглянул внутрь бившегося на песке робота, затем позвал:
— Дядя Оуэн! У этого культиватора сгорел основной вспомогательный двигатель! Посмотри… — он сунул руку внутрь робота, но тут же отдернул ее, когда из отверстия выскочила большая искра. Запах горящей изоляции и ржавчины наполнил чистый воздух пустыни, запах, характерный для смерти любого механизма.
Оуэн Ларе уставился сверху вниз на обеспокоенного джава.
— Что за хлам вы пытаетесь нам всучить?
Джава ответил громко и негодующе, одновременно предусмотрительно сделав два шага назад — подальше от этого высокого человека. Он был явно обеспокоен, что этот человек находится между ним и успокаивающим своей безопасностью танком.
А в это время Эрдва Дэдва снова вырвался из группы роботов, которых вели назад, в подвижную крепость-тюрьму. Сделать это оказалось довольно просто, так как джавы перенесли все свое внимание на спор между своим представителем и дядей Лука.
Осторожно коснувшись плеча Лука, высокий робот заговорщически шепнул ему на ухо:
— Если мне будет позволено сказать, молодой господин, малыш Эрдва — настоящая находка. Он в отличном состоянии. Не думаю, что эти существа понимают, в каком он по-настоящему отличном состоянии… Не обманывайтесь коркой песка и пыли.
У Лука была привычка немедленно принимать решения, неважно, правильные или ошибочные.
— Дядя Оуэн! — позвал он.
Прекратив спор, но не спуская глаз с джава, дядя быстро взглянул на Лука. Тот указал на Эрдва Дэдва.
— Мы не хотим ссориться. Как насчет того, чтобы обменять, — он показал на сгоревшего робота, — на того?
Пожилой человек окинул малыша Эрдва профессиональным взглядом, затем посмотрел на джавов. Хотя они и были отъявленными трусами, крошечных пустынных старьевщиков можно было довести до чего угодно. Песчаный танк, например, мог сравнять с землей всю ферму — хотя этим джавы рисковали бы вызвать смертельную жажду мести со стороны людей.
Обе стороны оказались бы во взаимно невыгодной ситуации, если бы Оуэн слишком сильно нажал на джавов. Поэтому прежде чем согласиться, Оуэн возобновил переговоры только для вида. Главный джава, похоже, пошел на сделку с неохотой, но обе стороны облегченно вздохнули, когда конфликт удалось разрешить мирным путем. Джава кланялся и выл от жадности, когда Оуэн расплачивался с ним.
Тем временем Лук подвел обоих роботов к отверстию в сухой почве. Через минуту они быстро спустились по наклонному пандусу, очищенному от песка электронными отражателями.
— Смотри не забывай! — сказал Трипэо, наклоняясь к маленькому роботу. — И зачем я рискую ради тебя своей головой, когда ты доставляешь мне только одни неприятности? Это выше моего понимания.