- До чего? – отозвался Энтрери.
- Середины чеса, весеннего равноденствия, - сказала Кэтти-бри, которая теперь всё поняла и догадалась, что грядущая ночь будет отличаться от ночей в их родных краях. – Шесть месяцев. У нас дома мы проживаем целый год из дней, но здесь у них есть только один настоящий день и одна настоящая ночь.
- Но почему нам нельзя в Каскатту? – спросил Илину Джарлакс. – В том прекрасном месте было не так уж холодно.
- У дварфов и орков Каскатты нет сейчас средств, чтобы принимать гостей. У них есть работа, и по общему согласию они в какой-то степени независимы от Каллиды. Придерживаясь духа этого соглашения, мы предпочитаем вторгаться к ним лишь тогда, когда этого нельзя избежать – как, например, с нашими патрулями. Если вы действительно хотите туда вернуться, вам придётся сделать это с полноценной охраной из Каллиды. Это можно устроить, но думаю, что вам и здесь найдётся, чем заняться.
- Ладно, покажи нам Каллиду, - уступил Джарлакс.
- Конечно, продолжая за нами приглядывать, - добавил Закнафейн.
Илина рассмеялась.
- Я покажу вам место, где вы сможете сами осмотреть округа Каллиды. Никто не будет за вами назойливо следить. Инкивизиторы решили, что вы не пленники здесь, а гости.
- Которые не могут уйти, - ответил Энтрери, отказываясь менять тему.
- Вы сможете уйти, но сначала к нам должна вернуться магия, - ответила Илина.
Чтобы они могли стереть наши яркие воспоминания об этом месте, понял Джарлакс, но вслух не сказал.
- Десять дней, значит, - сказала Кэтти-бри.
- В Каллиде легко ориентироваться, - сказала Илина, уводя их от здания инквизиторов к надиру скалистого гребня, который разрезал округ практически надвое. У основания этого гребня, с простирающейся перед ними землёй, поднимавшейся слева и справа, они обнаружили пересечение пяти широких улиц. В центре получавшейся площади стоял высокий шест, и приблизившись, товарищи заметили на нём четыре указателя и большую табличку на сверкающем железном шару, который венчал шест.
- Каллидский Скеллобель, - сказала Илина, указывая на эту табличку. – Вы в сердце Скеллобеля, самого многолюдного из четырёх оставшихся округов Каллиды. Это – каллидский указатель. Достичь внешнего мира можно лишь отсюда, если вы не способны вскарабкаться или взлететь на ледяные стены. Видите ручей, вдоль которого вы шли в леднике? Это река Каллида, единственный путь наружу без скалолазанья.
Кэтти-бри осмотрела далёкую ледяную стену, тянувшуюся ровной линией от самой узкой точки гребня.
- На юг, - пояснила Илина, а затем добавила: - Если вы когда-нибудь потеряетесь на боковых улочках Скеллобеля, всегда смотрите на гребень. Линия от его высочайшей точки до места, где мы сейчас стоим, указывает точно на юг. Посмотрите чуть-чуть направо – и увидите лестницу и спуск, где вы спустились из тоннелей, ведущих к Каскатте.
- Её нет на указателе, - заметил Зак.
- Каскатта – не округ. Там живут лишь несколько дварфийских семей и около дюжины арктос орокс, которых вы зовёте орками. Округа – вот.
Она показала на шест, указывая рукой на каждый знак поочерёдно.
- Скеллобель – здесь, затем – Мона Чесс, место Сиглига, где расположен каньон покрупнее этого и почти такой же многолюдный, но там больше эвендроу и меньше других культур.
- Сиглиг, - прошептал Джарлакс, словно пытаясь расшифровать слово.
- Совет, - ответила Кэтти-бри.
- Да, Сиглиг – здание нашего совета, который мы зовём Светским созывом, - подтвердила Илина. – Эмилиан служил в нём в прошлом году, а Канак, которого вы встречали в Каскатте, провёл там много лет – до последней дюжины закатов.
От внимания четырёх товарищей не укрылось то, что эти дроу позволили дварфу служить в своём совете.
- Но ведь ты говорила, что у дварфов есть свои правила? – заметил Джарлакс.
- Канак забрал свою семью из округов, когда к нам пришли новые курит, - пояснила Илина. – Они по-прежнему являются полноценными гражданами Каллиды, а он – Скеллобеля, но им часто приходится самостоятельно разбираться с… ну, с любыми монстрами, которые приходят с ледяной равнины. Из-за их более частых патрулей и важной работы мы стараемся беспокоить их как можно реже.
- Мона Чесс – старейший из округов, - продолжала она, - и наиболее естественный в своём размере, но также – самый величественный по архитектуре. Все остальные округа с большим трудом и усилиями расширялись по мере увеличения населения. Следующая улица следует параллельной дороге, которая проходит через северо-западный угол Мона Чесс к Ардину.