- Я чувствую в тебе родственную душу, - сказал он. – Пойдём… - он остановился, требовательно помахав рукой.
- Артемис, - ответил тот.
- Пойдём, Артемис, - продолжал Весси. – Я покажу тебе места увеселений для обладателей нашего общего… может быть, темперамента? Места, которые не по нраву паладинам. Сегодня последний день, когда мне дозволено блуждать по тавернам в тоннелях между округами, и я хочу отправиться в заточение с Бьянкорсо с головой в руках!
- Думаю, с ним тебе будет веселее, - ответил Энтрери, указывая на Джарлакса, но Джарлакс ничего не хотел слышать и вытолкал Энтрери вперёд.
- Иди, - сказал он Энтрери. – Узнай что-нибудь.
- Покажешь мне травы? – спросила Илину Кэтти-бри, когда Энтрери и Весси двинулись в путь.
- До Ардина далеко, - ответила жрица. – Но да. Это позволит нам поговорить. Я хочу больше узнать о твоей богине.
- Что ж, вы оказались счастливчиками, - сказал Джарлакс, когда две женщины ушли, оставив его с Эмилианом и Адин Дуайн.
- Надеюсь, твой друг выздоровеет, - сказала Адин Дуайн.
Джарлакс собрался с духом.
- Спасибо. Он действительно мой друг, мой самый старый друг. Я расскажу вам о наших приключениях – по крайней мере о тех, на которые хватит времени.
- Он победил меня, - признала Адин Дуайн.
- Победил, - согласился Эмилиан. – Хотя, по словам Весси, ты сражалась великолепно. Он и Аззудонна высоко отзываются о тебе в Бьянкорсо.
У юной женщины-эвендроу это вызвало улыбку.
- В те долгие годы, что мы жили в Мензоберранзане, Зак был величайшим воином города, - сказал им Джарлакс. – По сей день он величайший воин-дроу, которого я когда-либо знал – а я знал многих. Ну, величайший, не считая одного – его собственного сына, мужа Кэтти-бри.
- Я с радостью послушаю эти рассказы о приключениях, - сказал Эмилиан.
- И я, - присоединилась Адин Дуайн. – Мне сказали, что в честь моей битвы с твоим другом виноделы достали бутыли, наполненные Сумеречной Осенью того года, когда я родилась.
- Нельзя это пропустить, - сказал Эмилиан.
- Ни за что на свете, - согласился Джарлакс и позволил себя увести.
Глава 18
Мягкость
- Холодно, правда? – сказала Аззудонна, когда заползла в тоннель, ведущий к кровати Закнафейна.
Сидевшему на кровати оружейнику не потребовалось кивать для подтверждения очевидного, поскольку его улыбка демонстрировала стучащие друг о друга зубы. Его плечо и рука были окутаны огромной ледяной перевязью, а сама его кровать была всего лишь выступом, вырезанным в стене ледника.
- Скоро тебя заберут отсюда, - сказала ему Аззудонна. – Считается, что холод замедляет прогресс фага, особенно когда тот в руке или в ноге, и позволяет травам лучше с ним бороться.
Зак кивнул.
- Ж-женщина, с которой я д-дрался, - простучал зубами он. – Я её заразил?
- О нет, не беспокойся. Ты не можешь передать кому-то фаг. На это способны только когти синего слаада.
Зак снова кивнул и вздохнул с облегчением.
- Ты хорошо сражался, - сказала женщина. Она подошла поближе и повернулась боком, повторяя положение Зака. Она улеглась набок и подпёрла голову рукой. Густая грива фиолетово-белых волос каскадом упала на ледяной пол крохотной камеры.
- Её сила удивила меня, - сумел выдавить Закнафейн и закончил дрожью и вздохом инеистого дыхания. – Бой почти закончился ещё до того, как я понял, что он начался.
- Мы это видели. Адин Дуайн – непростая соперница. Она легко может войти в число тех, кого мы примем в Бьянкорсо, если потеряем центральных защитников. И да, мы все видели, что она почти победила. Всё, что ей требовалось – пережить бой, и тогда победа была бы за ней, поскольку пятна от винограда были на тебе…
- И остаются, - заметил он, указывая здоровой рукой на заляпанную красным и фиолетовым сорочку.
- Однако не пострадай ты от фага, она бы не выдержала, - сказала Аззудонна.
Зак пожал плечами и вздрогнул.
- Я говорю это не ради ложной похвалы, - заверила его она. – Как только ты встал на ноги, ты обнаружил её слабость и воспользовался этим.
- Её атаки были слишком прямолинейны, - сказал Зак. – Она опускала вторую, защитную руку, пытаясь ударить посильнее.
Он с сожалением улыбнулся.
- Признаю, бьёт она сильно.
- Если ты останешься в Каллиде, то в следующем году будешь сражаться в каззкальци, я не сомневаюсь. Надеюсь, что в качестве своего округа ты выберешь Скеллобель.
Она замолчала и наградила его игривой улыбкой.
- Потому что я не хочу видеть, как тебя избивают до бесчувствия.