- И вы этого не позволите, - сказала Кэтти-бри.
Галата не стала это подтверждать, но Кэтти-бри видела, как разрывается паладин. Слаади были смертельными врагами эведроу, и женщине нелегко было переварить мысль о том, чтобы отпустить одно из чудовищ на свободу. Если верить Галате, красные слаады размножались очень стремительно.
- Закат завтра, - сказала Галата. – Мужайтесь. Закнафейн силён – большинство уже сдалось бы. Наша магия скоро вернётся – как и ваша.
Кэтти-бри кивнула, сделала глубокий успокаивающий вдох, готовясь к худшему. Потому что она видела ухудшения и сомневалась, что Закнафейн проживёт ещё день.
- Завтра битва, - не задумываясь, сказала она.
- Каззкальци, да. Это славное зрелище.
- Ты когда-нибудь сражалась в ней?
- Почти. Но моё путешествие и моё рвение привели меня в другое место – которое я очень ценю, - пояснила Галата.
Кэтти-бри кивнула.
- Славное и свирепое? – спросила она. – Почти без правил и со всей жестокостью безоружной войны, как я слышала.
- Ты слышала правду, хотя не думаю, что ты можешь полностью оценить его, не увидев сначала собственными глазами. Вся Каллида наблюдает за четырьмя битвами, и каждый болеет за свой округ, каждый болеет за традиции этого места, которое мы зовём домом, и за решительность, которая сохраняет нам здесь жизнь.
- Почему вы проводите их в это время? – спросила Кэтти-бри. – Если кого-то ранят, у вас не будет волшебного исцеления и даже зелий.
- Если? – со смешком отозвалась паладин. – Ранены будут многие – и некоторые очень тяжело.
- Тогда почему сейчас?
- Именно поэтому! – сказала Галата. – Они рискуют получить серьёзное ранение, даже умереть, хотя такое случается редко, за свою веру в Каллиду, за свою преданность соседям, свою готовность служить со всеми. Потому что в это время их раны обладают значением, у них остаются шрамы, они рискуют по-настоящему. Разве ты не понимаешь? Не нужно много храбрости, чтобы сражаться рядом с готовым тебя исцелить жрецом.
Кэтти-бри кивнула. В этом был смысл, хоть и весьма жестокий.
- Мы живём в опасном месте, - сказала ей Галата. – У нас есть враги – великаны, слаади, свирепые звери, драконы, белые черви, сама земля вокруг. Когда я была младше, у нас было пять округов, но теперь их только четыре – один забрал ледник. Тепло от реки Каллиды на западе пропало, и Каттисолу одолел Кадиж, сожрал дом за домом, а её жители разошлись по оставшимся округам. Кадиж продолжает своё наступление, и мы уверены, что его направляют слаади.
- Как такое может быть?
Галата пожала плечами и покачала головой.
- Наверное, они подстрекают Кадижа. Они раздражают его, чтобы он рычал, и его дыхание застывает и нарушает равновесие.
Кэтти-бри вспомнила своё знакомство с ледником, когда она потянулась к плану огня, и поняла, что внутри этой огромной реки льда находится разумная сила стихии. Может быть, не зложелательная сама по себе, но и не обладающая моралью, которую мог бы понять простой человек.
И благодаря этим воспоминаниями Кэтти-бри сумела понять всю серьёзность слов Каллиды. Страсть, необходимость, равновесие. Это сообщество, каким бы древним и устойчивым оно ни было, выживало лишь на самом краю разрушения только из-за местности, в которой располагалось. И если это исчезнет, исчезнет также сообщество и дом эвендроу.
Кэтти-бри пришлось отбросить эти размышления, поскольку её мыслями снова завладел Закнафейн, вынудив женщину тяжело вздохнуть.
- Закнафейн силён, - сказала Галата, чтобы утешить её в последний раз. – Закат уже завтра.
Следующим утром трёх друзей разбудили оглушительные крики. Они выбрались из постелей, вытерли глаза, наскоро оделись и вышли в пустующую общую залу. Выйдя наружу, Кэтти-бри решила, что они с двумя мужчинами проснулись сегодня в Скеллобеле самыми последними и последними вышли на улицу.
Дроу, курит, улутиуны и ороки стекались по каждому переулку на главный бульвар, скандируя «Победу Бьянкорсо! Победу Бьянкорсо! Чемпионы, чемпионы, чемпионы!»
К югу от них толпа расступилась, разошлась по краям улицы, и в открывшемся проходе появились бойцы каззкальци, одетые в те же скудные облачения из ленточек, обёрнутых вокруг рук и ног, что использовались в боях в бочке, только эти ленты были сине-белыми. Их кожа блестела, и Кэтти-бри подозревала, что они намазались слизью миксин.
Бойцы шли мимо молча, некоторые – вскинув кулаки, и толпа смыкалась следом за ними, на каждом шагу продолжая кричать.
- Я хочу увидеть Зака, - громко заметил Джарлакс, чтобы его расслышали товарищи, которые стояли совсем рядом.