- Когда Бренор спас Вульфгара, мы считали это проявлением величайшего милосердия. Тогда он был мальчиком, но вырос в мужчину, которого ты полюбила, которого я полюбил. Но что насчёт сотен его людей, оставшихся мёртвыми на поле брани? Что насчёт дварфов, которое могли проявить такое же милосердие, но не стали? Никто из нас не осудил бы Бренора, поступи он в тот день иначе, но Вульфгар остался бы всего лишь ещё одной зарубкой на его старом топоре.
- Я не понимаю, к чему ты клонишь, - признала Кэтти-бри. Она казалась не особенно счастливой.
- Мы никогда не обретём мир – все мы – пока не поймём, что дитя культуры, отличающейся от нашей, так же драгоценно, как наше собственное. И я не знаю, будет ли такое возможно. Никакого мира – не для людей, дварфов, полуросликов, дроу или эльфов.
Кэтти-бри немного наклонила голову, и Дзирт заметил намёк на хитрую усмешку.
- Или орков? – спросила она, когда он замолчал, чтобы взглянуть на жену.
- Я не знаю, - признался он.
- Дело опять в орках?
- Нет, дело… во всём. Дело в правосудии и мире, - ответил он мрачным голосом. – Я не могу не думать, какой смысл в пройдённом мною пути и в пути, которым я иду сейчас – или пути, которого ты для меня хочешь – если любые шаги вперёд бесполезны, как будто в конце не может быть мира?
- Ты не можешь в это верить, - сказала Кэтти-бри, шагнула вперёд и посмотрела на него, подняв руки ему на плечи. Она продолжала смотреть, и он удерживал этот взгляд. Они изучали друг друга, отходя от края. Дзирт испытал большое облегчение, когда Кэтти-бри наконец-то его обняла.
- Из-за увиденного я не знаю, во что верю.
Он отстранил её на вытянутых руках и снова посмотрел в эти глубокие голубые глаза, которые похитили его сердце и больше не отпускали. – Кажется, частично об этом предупреждал меня магистр Кейн, когда мы говорили о трансценденции физического тела и физического мира. Столько вещей, мотивирующих нас, становятся…
- Бессмысленными? – прошептала она.
Он мог только пожать плечами.
Кэтти-бри отступила на шаг. Её лицо похолодело.
- Они завоевали бы Гонтлгрим, если бы не Ивоннель и Квентл Бэнр, - сказала она. – Здесь была Бри. Ты прекрасно представляешь, что бы произошло с ней, особенно если бы они поняли, что это дочь Дзирта-еретика. Это для тебя бессмысленно?
- Конечно нет.
- Они убили бы её, или хуже. Они бы убили всех нас – или хуже. Если бы Ивоннель и Квентл не обратились против Жиндии Меларн…
- Я знаю, - вмешался Дзирт, - может быть, это и есть ответ Бренора.
Кэтти-бри посмотрела на него с нескрываемым ожиданием.
- Может быть, благодаря этому факту риск стоит того, - объяснил Дзирт.
- А каков ответ Дзирта? Когда эта война начнётся – если начнётся – что сделает Дзирт?
- Я не знаю, - без колебаний сказал он. – И в этом моя боль.
- Я думала, что ты возглавишь революцию, - сказала ему Кэтти-бри, положив ладонь на плечо. – Ты и Джарлакс, вместе с твоим отцом, сражающиеся, чтобы вырвать твой народ из-под власти Ллос. Или это пугает тебя больше всего?
Дзирт с любопытством взглянул на неё и долгое время они просто удерживали взгляды друг друга.
- Потому что дело не в домах. Дело в Ллос. И ты в это веришь, верил не один десяток лет, верно? – объяснила Кэтти-бри. – Что эти злые поступки – результат влияния и махинаций Ллос, а не истинная натура народа дроу. Теперь ты можешь узнать ответ – и этот ответ тебя пугает.
Он не ответил – только стиснул зубы.
- Ты так долго прожил среди тех, кто обвинял тебя, что боишься – источник их ненависти заключен не только в простом непонимании? – Кэтти-бри явно удивилась собственным словам.
- Нет, - ответил ей Дзирт, но осторожно.
- Хорошо, - сказала она. – Потому что ты не должен бояться.
- Причина моей подавленности не в сомнениях – по крайней мере, не в сомнениях относительно Мензоберранзана. Там всё дело в Ллос. История, которую рассказали нам Киммуриэль и Ивоннель про основание города и разрушительное влияние Паучьей Королевы, после всего что я видел за прожитые в городе годы, кажется мне правдивой. Она кажется правдивой, когда я смотрю на Джарлакса и то, чего он добился без разрушительного влияния жриц Ллос – под его началом Лускан стал лучшим местом. Более честным, лучшим для тех, кто живёт там. Она кажется мне правдивой, когда я думаю про Джарлакса и когда я вспоминаю свою сестру Вирну.
- Которую ты убил, - напомнила ему Кэтти-бри, и Дзирт поморщился.
Кэтти-бри поморщилась в ответ.
- Она отреклась от Ллос с последним вздохом, - мрачно сказал он, глубоко вдохнул и выдохнул, и продолжил. – Даже то, что я вижу в Громфе Бэнре – разве ты не говорила мне, что это Громф нажал рычаг в Главной башне, чтобы вернуть магическую энергию, необходимую для власти над предтечей?