Однако второй снаряд, угодивший в великана, оказался более эффективным; большая чёрная фигура перелетела через плечо Закнафейна, высоко поднявшись в воздух, яростно размахивая когтями. Грудь великана пошла кровавыми полосами, а кроме того когти Гвен вырвали клочки волос из внушительный бороды.
Зак призвал кнут из своей волшебной рукояти и бросился в атаку.
Его противник взревел от гнева и боли и обрушил правую руку на спину пантеры, затем оторвал от себя Гвенвивар – вместе с немалым количеством собственной кожи – и швырнул её через всю комнату с пугающей лёгкостью.
Кнут хлестнул его по голеням, прочертив полосы огня и полосы крови, и здоровяк завыл ещё громче, теперь очевидно от боли. Огонь ему явно не понравился. Он захромал к Заку, но тот перекатился у него под ногами, рубанув следом тонким лезвием Резчика по ноге размером с дерево.
Он увидел Гвенвивар, которая шаталась в тенях, но упрямо оторвалась от стены.
Но самое главное – он увидел, как великан разворачивается, ревёт, приближается отмеренными, решительными шагами, сокращая расстояние между ними и загоняя его в угол.
Зак медленно попятился, пытаясь оценить комнату и понять, какой маршрут будет лучшим для бегства.
Неожиданно великан бросился вперёд, его большой топор описывал широкие круги, шаги были широкими и ровными, готовыми свернуть налево или направо, в зависимости от действий крохотного противника.
Зак понял всё это моментально и усомнился, что успеет отскочить достаточно далеко в сторону, чтобы избежать удара.
Поэтому он повернулся и побежал – но не в сторону, а прямо на стену, пол трясся под ним от тяжести преследователя.
Приблизившись к стене, он перехватил Резчик, затем прыгнул и ударил мечом со всех своих сил и инерции прямо в камень. Великолепный Хазид’хи вошёл глубоко – достаточно глубоко, чтобы обеспечить надёжную опору, когда Зак подтянулся, поставил ногу на качающуюся рукоять, и прыгнул оттуда вверх, разворачиваясь в воздухе. Вместе с ним разворачивался и его кнут.
Хотя он был высоко над землёй, великан всё равно возвышался над ним. Но Зак верно рассчитал угол, и кнут хлестнул его противника точно по глазам.
Зак упал, рассчитывая приземлиться и откатиться в сторону, но великан просто врезался в стену, его нога вбила Зака в камень, вышибив дух и, он был уверен, сломав несколько рёбер.
Его кнут стал клинком света, и он отчаянно ударил, достаточно, чтобы ослабить нажим оглушённого и ослепшего великана и позволить себе наполовину убежать, наполовину упасть вбок.
- Ох, спасайся, милая Гвенвивар, - сказал он, когда увидел, как раненая пантера снова подбирается к великану. Он споткнулся, опёрся о стену, пытаясь перевести дух, и подскользнулся, рухнув в небольшую нишу – или начал падать, пока большая когтистая лапа не ударила его в плечо, отбросив его от стены. Полетев в сторону, он отчаянно хлестнул мечом наискосок, и во вспышке света заметил нового врага.
Он был велик, но совсем не так велик, как инеистый великан, и определённо не принадлежал к великанам или любому другому виду гуманоидов, которых знал Зак. Подавшись на всех четырёх вперёд и вверх, лишённый шеи, он обладал массивной широкой головой, состоящей целиком из пасти, рыла вместо носа, и крохотных, широко посаженых глаз. Зак едва мог понять, что это.
Он смотрел на существо из кошмарных снов.
И хотел, чтобы это действительно был просто кошмар.
Над ним пролетела Гвенвивар, которую снова отшвырнул раненый великан, ударилась в стену и рухнула на пол бесформенной грудой с последним визгом боли. Зак сделал к ней только один шаг, прежде чем понял, что это тщетно.
Он повернулся к коридору и бросился бежать, спасая свою жизнь.
Он слышал, как бьётся и вопит ослепший великан, потом услышал второй голос, который сказал здоровяку успокоиться на знакомом Заку наречии.
Дроу.
Кэтти-бри резко села и выпрямилась, выдохнув:
- Гвенвивар.
Она позволила глазам приспособиться к тусклому освещению потрескивающего рядом костра. Она заметила Джарлакса чуть дальше в пещере, припавшего к земле и вглядывающегося во мрак. Она посмотрела на спальный мешок Энтрери, но его там не было, и она осмотрелась вокруг, высматривая его и Зака. Она увидела Энтрери, движущегося к Джарлаксу, но затем, по сигналу командира наёмников, пересёкшего пещеру и исчезнувшего в тенях, как будто он стал невидимым.
Она достала ониксовую статуэтку, прижала её к себе и немедленно поняла, что Гвенвивар пропала, ушла обратно к себе в астрал. Это был болезненный уход, почувствовала Кэтти-бри, и полный страха.