Гончар под навесом у мастерской крутил глиняную амфору. Рядом художник разрисовывал обожжённую тарелку. Цирюльник брил клиента. Ткачихи работали за большими рамами станков. По улице плыли ароматы обрабатываемой на огне пищи. Город жил свободно.
Картер всюду подмечала следы атипичных для примитивной культуры технологий, как в архитектуре, так и в одежде, и в некоторых бытовых предметах, и в листовом стекле окон, и в клёпках на металлических лентах дверей, и в одинаковой отливке дверных молоточков в виде головы барана, и в струях отделанного мрамором фонтана с окрашенными в натуральные цвета статуями мужчин и женщин, как обнажённых, так и одетых да более высоко стоящих с обычными копьями в руках и мечами на поясах, выше всех находился бородатый мужчина со свитками, одним раскрытым в вытянутой правой руке, вторым свёрнутым в левой руке. У фонтана женщины набирали воду в кувшины или вёдра, плескались тёмные как орехи маленькие дети. Атлетичного телосложения мужчины тащили за собой повозки, стояли или сидели в них, шли следом за грузом или пересекали улицу по своим делам. Встречались и юные, и престарелые. Никаких калек, язвенников, кашляющих. Город благоденствовал.
Дэниэл для напарников озвучивал надписи на постаментах, восхвалявшие основателей города или победителей соревнований, цитирующие законы или крылатые выражения. Учёный постоянно вертелся, хаотично направляя камеру на одному ему понятные особенности местной культуры, имевшей отличия от земного аналога.
- Чую, кассеты с записями миссии на Халкиду станут бестселлерами, - пошутил О’Нил после встречной группы «извозчиков».
- Сэр, вы по выходным рыбачите на облюбованном натуристами озере. Неужели не насмотрелись? – нашлась умная женщина.
- Вы сами сказали – я рыбачу, съёмки делали ваши коллеги, - едко заметил О’Нил, намекая на техников-физиков, наснимавших абидоссцев вместо глайдера.
Женщина закусила губу. Неожиданно вскрывшаяся подробность побудила генерала Хаммонда устроить шмон у всей группы исследователей нитевдевателя на Абидосе.
В конечном итоге транспорт прибыл на большую площадь перед более низким и менее величественным зданием, чем Акрополь. Некоторая неряшливость принижала достоинство, сколы на ступенях, облупившиеся углы. Городской совет вёл тут свои дела. На явно административное назначение указывали писари с охапками свитков, определяемые с первого взгляда чиновники, которые не обращали внимания на полотёров, чистивших и увлажнявших помещения. Никаких вооружённых охранников.
Эктон за собой провёл гостей в огромный атриум с аккуратным зелёным садиком посередь, мягкими скамьями, чёрно-белой плиткой пола и потрясающей красоты мозаикой по всем четырём стенам на высоту полутора человеческих ростов. Размер одного элемента составлял квадратный миллиметр, отчего изображение казалось фотографией. Несколько человек здесь перекусывало, кто-то кучковался за обсуждением насущных тем. Прибытие Эктона со свитой взбудоражило местных обитателей, начавших возбуждённо и приглушённо переговариваться.
Дэниэл свалился в лекцию о колыбели демократии и патриархате, попутно запечатлевая мозаику, приводившую его в трепет подбором красок и кропотливостью труда. Археолог пытался сравнивать с аналогами на Земле, Джек интересовался самим изображением, Саманта выделила какой-то участок и присела потрогать и присмотреться к техническому исполнению. Картер изучала часть, на которой изображались бегущие в ужасе мужчины и женщины с широко открытыми глазами, их волосы развевались за спиной, в то время как другие вооружённые бойцы гнались за ними. Женщина на переднем плане выглядела почти обезумевшей от страха, на бегу сжимая на руках ребенка. Город за ней в этом районе мозаики горел.
- Дэниэл. Это история Халкиды? – О’Нил оборвал лектора своим вопросом.
- Да.
- Факты или вымысел?
- Не знаю. Вот начало – процветающий город. Затем активируются звёздные врата, происходит какое-то бедствие и…
- Несоответствие технологий, - высказалась Саманта, отойдя от границы участка между огнём и мирным временем с пышными цветами и благоденствием.
- Да, это отредактировано. Цвета менее искусно подобраны, кусочки разняться, горизонт провален… Это не ремонт – это подделка истории, - уверенно заключил Джексон и сам обомлел от сделанного вывода.