- Мои. Но тут…
- Джек. Извини, что вновь перебиваю. Тут именно что Лаонидес сознательно довёл их до такого состояния, а не подарил им лёгкую смерть.
- Видимо, общий альтеранский корень слишком далёк… - грустно изрёк Дэниэл.
- Учитесь, - сказал нокс и закрыл тему, исчезнув, но не уйдя далеко.
- Ясно. Идём к более близкой родственнице, - хмуро изрёк Блэк и подошёл к тумбе нажимать клавиши адресных координат Хеба.
- Бродяга, почему ты не сказал об ошейниках? – возмутился О’Нил.
- А то не видно, разве? Кто тут более развитый и умный?
- Ошейники не меняют сути, Джек, - доктор философии встал на сторону Сириуса и приласкал девочку, испугавшуюся повышенного тона О’Нила. – Это внешнее обстоятельство. Судьбоносные для детей решения принимали взрослые люди, сперва вышвырнув их из дома, а потом приняв в дом… - Дэниэл с болью в голосе замолк.
- Попытаться стоило, - буркнул Джонатан, виновато глянув на мальчонку, ставшего капризничать и вырываться. – Тише, малыш, всё хорошо…
Пёс-голем помог успокоить, обескуражив лизанием. Кое-как пятеро людей с более чем двадцатью детьми перешли на Хеб. Тут уж Дэниэл и Джек, пользуясь чакрам, поочерёдно перенесли всех во внутренний дворик при входе в обитель Омы Десала. Испуганный мявк кошек и призывные выкрики Дэниэла быстро привлекли внимание монахов, при виде измученных детей преисполнившиеся жалости и смирения к своей нелёгкой доле. Обитель была готова принять и таких.
ЗВ-1 едва собралась в тесноватом внутреннем дворике при входе, как появилась сама Ома Десала. На сей раз сквозное зеркальце у Саманты висело открыто, запечатлев появление белой фигуры, вокруг которой с криками «мама» собрались все дети. Ома Десала своими многочисленными лентами приобняла всех, на голову каждого роняя зримую слезинку, успокаивающую ребёнка, умиротворённо укладывавшегося спать прямо в воздухе – всех их Мать Природа левитировала.
- Благодарю… - прозвучало у всех в голове, когда из рюкзака за спиной Тилка вылетели ядра. Сама вознёсшаяся Древняя смотрела на Джексона. – Завтра у тебя родится малышка, Дэниэл. Благословляю…
За сим Ома Десала вместе с усыплёнными детьми и ядрами перелетела через крышу, чтобы в другой части обители моментом возвести новые здания. Вознесённая легко подправила фазированную материю, создав и камень, и дерево, и глину, и стекло, и бумагу, и металл, и ткани, воплощая готовую к заселению часть обители.
И такое вот простое обращение к Дэниэлу смело груз с его плеч, весь тягостный опыт Тавриды перестал довлеть над эмоциями и думами скорого отца, не исчез, а стал посильным, утратил остроту, коловшую сердце и терзавшую разум, чтобы простой учёный смог сублимировать, переварить те ужасы, с которыми внезапно столкнулся.
- Вам спасибо.
Блэк первым отдал в спину вознесённой поясной поклон глубокого уважения. За ним Тилк, Дэниэл, Джек, Саманта.
На обратном пути приободрившийся Дэниэл по собственной инициативе, выдерживая архитектурный стиль монастыря, сделал нормальный мостик через речку и уложил каменное полотно дорожки до звёздных врат, облегчая путь следующим страждущим.
Команда после встречи с Омой Десала ушла в приподнятом настроении.
- Хермод. Ау! Есть кто дома? – Блэк театрально постучал по обелиску Молота Тора. – У нас высокотехнологичная проблема.
- Уав-гав! – пёс-голем встал на задние лапы, поскребясь передними о камень.
- Приветствую, ЗВ-один. Я в классе дома Тилка, - появилась голограмма асгардца и после передачи сообщения исчезла.
- Повезло, - самодовольно улыбнулся Сириус.
- А ты ожидал чего-то другого? – обернулся О’Нил, сразу направившийся в сторону Асвальда, где тепло и уютно.
- Не только в базе Шайенн ведётся запись. Я правильно поняла? – оглянулась Картер, поёжившаяся от морозного ветра. Водолазка и штаны немного защищали от перепада температур при переходе из лета в зиму, но согревающие чары долго не продержатся без подпитки.
- Именно, - Сириус подмигнул блондинке.
- И кто тут конспиролог и теоретик мирового заговора? Дайте-ка угадаю с трёх попыток, - насмешливо сказал Джек, топая за идущим впереди Тилком и слегка завидуя ему, с любящей женой и сыном, прижившимися среди викингов. Раяк ровесник его погибшего Чарли…
- Гав-гав, - пёс-голем побежал на обгон, прыгая по мокрому снегу.
Люди с удовольствием из холода вошли в тёплый дом. Сын повис на шее отца, который отсутствовал всего ничего, но отрок помнил долгие месяцы без него и ценил каждую минуту рядом с Тилком. В гараже, таки превратившимся в учебный класс с партами и доской, дети викингов обрадовались внезапному перерыву и загалдели.