- Выпендрился, - Картер не одобрила, видя реакцию простого народа, не избалованного чудесами.
- Чего не сделаешь ради милых дам? Прошу, садитесь, - аристократично приглашая занять центральную скамью в виде прямоугольной скобки.
- А я уж хотел по-простому - на лягушках, - прикололся Джонатан, принимая приглашение.
Дэниэл хмыкнул, но речь завёл о другом:
- Тилк, расскажешь подробности инцидента?
- Проще показать. Бродяга?.. – Тилк ткнул себе пальцем в висок, намекая на извлечение воспоминания.
- Конечно. Я как раз разжился Омутом Памяти, специально предназначенным для просмотра воспоминаний. Тилк, сделай акцент на своих мотивах, пожалуйста.
Над ладонью Сириуса появился слегка вогнутый круглый поднос-чаша с зеркальной гладью воды, в которой клубился серый туман. Оставив артефакт плавать в воздухе в метре над землёй, волшебник коснулся кончиком чёрной волшебной палочки виска чернокожего напарника и выудил призрачно-голубой шлейф. После внесения воспоминания Омут Памяти потусторонне засветился. И волшебник сам сел на скамью.
- Пожалуйте. Просмотр по одному путём опускания лица в воду.
- Что ж, я буду первым, раз Джек трусит, - произнёс Дэниэл, подтаскивая за край к себе и быстро окуная лицо.
- Засранец, - буркнул чуть уязвлённый О’Нил. – Надолго этот страус?
Вопрос остался риторическим, поскольку Дэниэл уже поднимал сухое лицо с ошеломлённым и горьким выражением.
- Воспоминания мимолётны. Сколько бы эпизод не тянулся, со стороны окунание длится считанные мгновения.
Полковник молча притянул Омут Памяти к себе и вторым окунул в него лицо.
- Тилк, в тех обстоятельствах ты правильно поступил, - признал Дэниэл со скорбной физиономией. Он никому бы не пожелал оказаться на месте первого прайма.
Бывший джаффа признательно склонил голову.
Джек после просмотра выглядел хмурым и жёстким, его скулы играли. Следующей заглянула Саманта.
- Тилк, позволишь посмотреть бирса? – логично поинтересовался Сириус.
- Да.
- Эй, Нахит! – позвал Сириус, зная, что к ним прислушиваются бравые ребята, тусовавшиеся поодаль и вроде как долженствующие целиться в пришельцев из арбалетов. – Хочешь узнать, как обстояло дело с Химилко?
- Д-да, господин… - проблеял молодой мужчина, не смея перечить чудотворцу, явившему подлинные чудеса, не то, что фальшивый бог в золотой шкуре змеи.
- Смотри сам и дай посмотреть другим, - напутствовал волшебник, щелчком по ободу отправляя Омут Памяти в плавный полёт на восемь с лишним метров.
ЗВ-1 принялась наблюдать за спектаклем, разворачивающимся в отсутствие Ханно и Геллы с прихвостнями, ушедшими внутрь здания готовиться к собранию. Вынужденные наклонятся люди выпрямлялись с ужасом, слезами или благоговением на лицах, некоторые повторно кланялись, но уже в сторону комфортно сидящих инопланетян. Подростки тоже заглядывали, но только после взрослых. Действо заняло порядка десяти минут, после чего Омут Памяти поплыл обратно, а весь рынок смотрел на Тилка как на спасителя, а не убийцу. Дэниэл всё фиксировал на видеокамеру.
- Хитро, - О’Нил глянул на Блэка и коротко кивнул, признавая действенность способа заранее перетянуть мнение толпы в свою пользу. – Глобальный осмотр?
- Как пожелает вождь, - Сириус ехидно улыбнулся в усы и поставил полог.
Джек фыркнул и вздёрнул бровь, когда вместо шара из кольца над ладонью появился хрустальный череп и увеличился в размерах, наклонившись макушкой к сидящим.
- Оставлю в подарок. Мне их проще распространять, чем омейокан.
- Как знаешь.
По касанию волшебной палочки свет внутри почти прозрачной черепушки сложился в глобулу Картаго. На планете отсутствовали крупные города-муравейники. Население жило в просматривающейся с орбиты сети деревенек, имеющих ночное освещение. Добротные дома в общем для мира стиле, похожем на общественное здание бирса; ничего подобного типовым фанерным коттеджам США. Листовое стекло, качественные дороги, красивые уличные фонари и статуи, декоративная зелень. Опрятно и просто одетый народ, гуляющий в вечернее время и днём работающий в окружающих полях, садах, теплицах. В домах имелось электрическое освещение и отопление, из бытовой техники холодильники да компактные радиоприёмники. Сантехника в наливном мраморе. Никакого личного транспорта, кроме гужевого. Народ выглядел здоровым и довольным жизнью.