- Предки придумали оружие против гоаулдов – потомки применяют против своих, - нашлась Картер, указав на очевидный минус. – И у нас будет такой же соблазн, - многозначительно глянув на Джексона.
- Точно, вместо приобретения оружия стоит договариваться о совместных действиях против Империи Гоаулдов, - гражданский учёный понял посыл и озвучил мысль вместо капитана ВВС.
- У нас на носу вторжение в солнечную систему. Захват вражеского флота – это слишком вкусный приз, - заметил О’Нил, наблюдая за тем, как рынок наблюдает за ним самим.
- У нас некому им управлять, - возразил Дэниэл, не видя очевидного для военного высокого звания.
- Гоаулды со стёртой личностью… - полковник оставил недосказанность.
Даже Сириусу на это не нашлось, что сказать. А Тилк зло усмехнулся и изрёк столь же многозначительную фразу:
- Бирсы не мстят…
- Это бизнес, ничего личного, - О’Нил ответил поговоркой, заигравшей новым смыслом в контексте данной беседы.
- Погодите, но гоаулды при вселении должны выявлять пробелы в памяти, - умная женщина повертела головой между Дэниэлом и Тилком.
- Хм…
- Дэнни? – Джек обращался в первую очередь к пережившему подселение другу.
- Мне не нравится это говорить, но… Зародившаяся после стирания памяти новая личность слишком слаба. Если личность хоста сразу покорилась, гоаулд испытает к ней презрение и перестанет обращать внимание. Копаются в памяти только сопротивляющихся, чтобы найти их слабые места, и тех, чьи технологии поглощаются.
- У гоаулдов нет технологии стирания личности, иначе бы она применялась повсеместно, - глядящий на траву Тилк дополнил Дэниэла.
- Стоит хоть одному гоаулду заполучить этот газ, так он моментально распространится по всей империи, - Джексон сгустил краски.
- И хочется, и колется, - произнёс полковник, хмурясь.
- Пойду, пообщаюсь с народом и куплю нам перекуса, - Дэниэл поднялся с удобной скамьи. Никто окликать не стал.
- В картишки? – Джонатан предложил скоротать время за игрой.
- В подрывного дурака, - согласился Сириус, желавший расслабиться после сомнительного для «домашнего» себя копошения в чужих воспоминаниях.
- Правила? – Саманта с подозрением отнеслась к предложению от лукавого. И правильно сделала!
- Сейчас расскажу, - довольно ухмыльнулся Блэк, вооружившись волшебной палочкой.
Убрав полог приватности, Сириус притянул с противоположного склона каменный валун на месте выкорчеванного дуба и превратил его в металлический овальный одноногий столик с ажурным узором в продолжение темы на деревянных скамьях.
- Правила те же, вся суть в картах… Они взрываются.
- Взрываются?.. – переспросил Джек, словно не веря своим ушам.
- Эффектно и безопасно, а не как пластид, - «утешил» Сириус, извлекая колоду и делая её копию.
Блэк особо не увлекался картами и не владел трюками красивого тасования, да народ вокруг непритязательный. Перемешав и раздав, Сириус вместо образования изогнутого веера так просмотрел – тузы самому себе не выпали. Первым пошёл Тилк на Джека. После первой биты у О’Нила вдруг взорвалась одна из новых карт, вставленных в ровненький веер: кажущийся опасным огненный всполох и сажа на руках, из которых все карты разлетелись, большей частью рубашкой вниз.
- Воу!
Картер невольно хихикнула, Тилк засмеялся глазами. Насупившийся Джек собрал своё и пошёл на Саманту с двух вскрывшихся валетов. Первого она покрыла бубновой семёркой, а вот несомый на стол туз пик взорвался в руке, не успев лечь и побить пикового валета. Тут уж настала очередь Джека усмехнуться:
- Гони второй козырь.
Только бита легла в кучку, как с трескучим хлопком взорвалась бубновая десятка под стопочкой карт рубашками вверх. Естественно, карты разлетелись, ничуть не пострадав и не запачкавшись.
- Чего вы смотрите? Хватайте желаемое пополнение, - Блэк задорно веселился.
Внезапные нотки хаоса изрядно добавляли азарта. Судя по косым взглядам, слишком скучному Дэниэлу такая игра точно пришлась бы не по нраву.
Пока одни весело игрались со взрывными картами, Джексон, наговорившись и проголодавшись, продал специально прихваченные на торг нажимные ножницы для ногтей, купив только что принесённый подмастерьем пекаря свежий хлеб, копчёную вместе с сыром колбасу, капусты и прочего на простой перекус всей команде, плюс травяной отвар из общего котла.
Так и прошло ожидание.
Экклесия началась со звона колоколов на чердаке общественного здания. Народ приглашали в просторный зал, конструктивно сделанный пристройкой к трёхэтажной башне. Довольно своеобразная внутренняя планировка предназначалась для ведения судилищ. Посередь незавершённое кольцо со скамеечкой для подсудимого, перед ним лестница к высокой трибуне с двумя боковыми местами пониже для советников старосты, по бокам от лестницы и напротив - четыре округлых ограждения под места свидетелей. Зрительские трибуны располагались ещё выше – над двумя проходами. Специальные фонари на принципе вечного горения плазмы роняли на пять скамеечек столбы света, ещё несколько постаментов с чашами открытого и горячего пламени стояли по разным углам помещения вместимостью всего в две-три сотни человек. За трибуной старосты располагалось большой витражный светильник и крупный символ, похожий на ханукальный подсвечник, в центральном рожке которого горел огонь.