Людям потребовалась четверть часа, чтобы прибыть и в боевом порядке выйти на свет.
- Разведаем местность, - послышалась сзади речь полковника, усиленная эхом высокой залы с колоннадами. – Кавальски, Ферритти, начинаем рок-н-ролл, - последовал приказ.
Оба лейтенанта со своими напарниками из старшего лётчика Брауна в звании сержанта ВВС США и старшего лётчика Рейли в звании сержанта ВВС США выдвинулись вперёд, готовясь к любым неожиданностям. Ещё два лейтенанта шли с измерительными приборами. За всеми военными оттеснённый ими в хвост гражданский. И вот все семеро людей вышли под палящее светило на безоблачном голубом небе.
- Чего пригорюнился, Цейлон? Не твой мир? – обронил полковник, водя стволом и осматриваясь, пока сержанты присели у поребрика, контролируя право и лево.
Сириус-пёс тоскливо провыл. О нет, вовсе не по той причине, которую озвучил О’Нил. Блэк вспомнил холодные месяцы первого года тюремного заключения, когда приходилось мёрзнуть от наводимого дементорами холода и зимних ветров. Идеальный стимул, чтобы днями и ночами учиться превращаться в длинношёрстного и зело пушистого пса, которому нипочём и лютые морозы Южного Полюса. Первая зима в заключении тяжко далась, осенью же упекли в Азкабан на острове в Северном море, зато вторую и последующие зимы анимаг пережил нормально и только улучшал навыки, обрастая зимней шкурой подобно волку. Проклятье слабоумия сыграло важную роль, устраняя в человеческом сознании надуманные причины невозможности видоизменений облика, начиная с косметических. Увы, тогда отсутствовал жизненно важный стимул учиться менять ещё и окрас, а здесь и сейчас очень бы пригодился навык становиться белого цвета - уж больно чёрным жарко! Зато с песком проблем не будет – варьировать длину шерсти анимаг превосходно натренировался в Азкабане. Вот только восемь людей… Если только постепенно…
Тем временем полковник и доктор спустились к пилонам. Едва не гавкнув, чем испугал бы вооружённых людей, пёс-оптимист бодро сбежал вниз, промчавшись между мужчинами и пилонами к гребню бархана. Радостно поднятый хвост опустился от картины безкрайнего моря песка. Вскоре позади послышалось шуршание от двух идущих. Сириус-пёс обернулся и вдохновился зрелищем цельной пирамиды в окружении трёх крупных лун, самая огромная из которых наполовину скрывалась за горизонтом, подёрнутым перьевыми облаками. Красивый вид, впечатливший и обернувшихся людей.
Погавкав, Сириус-пёс побежал по бархану к пирамиде, а люди вернулись обратно и принялись вытаскивать оборудование. Скрывшись за огромным сооружением, анимаг запрыгнул на шершавый бок пирамиды и вернулся в человеческий облик, удержавшись на четвереньках. Торопливо нажав на волшебный камень перстня, появившегося сразу при превращении, Блэк извлёк летающую метлу, чьи чары сразу же создали воздушный щит от насекомых и пыли, такой как окружающий песок. Усевшись и напившись бутилированной минералки, волшебник применил на себе магглоотталкивающие чары и дополнил их чарами хамелеона, которые на однообразном фоне позволят лететь быстрее, оставляя невидимым. В конце ещё один трюк от Грюма – заклинание Конфундус для связывания двух предыдущих чар. Получался идеальный отвод внимания, державшийся до первого Фините или Протего, срывавших хлипкий комплекс чар.
Сириус отлетел на десятки метров, когда спохватился и вернулся, чтобы трансфигурировать из песка пса по своему образу и подобию. Прикинув в уме время на разведку и проходимое расстояние в анимагической форме, задал голему программу отбежать на разведку и вернуться. Как говаривал Аластор Грюм – постоянная бдительность! Прав был, мужик, ой как прав! В дурную бы молодецкую голову…
Подстраховавшись, Сириус лихо взмыл вверх, используя восходящие от пирамиды потоки воздуха как разгоняющий трамплин. Едва оторвавшись от макушки, любитель гонок задал вираж вверх, охлаждаясь в менее нагретых слоях, всё более далёких от поверхности. Горизонт расширялся, открывая печальную перспективу… Пока замедливший полёт волшебник не повернулся лицом по направлению выхода из пирамиды. Вдали он заметил движение – люди как муравьи. Пользуясь трюком, которому его научил Джеймс Поттер, лучший друг и ловец факультетской сборной Гриффиндора, волшебник аппарировал прямо с метлой по направлению полёта строго над землей.