Время подходило к 21.00, заканчивалась двадцатиминутка Александра. С экрана на Лоре смотрел солидный, представительный мужчина с русой бородкой и такими же серыми, как у Шурика, глазами, в которых под напускной строгостью светилась неподдельная гордость за своего взбаламошного сына, ставшего звездолётчиком. Александр, наконец-то, дождался связи с отцом, который последнее время был очень занят. Он рассказывал о своих делах, знакомил его с Вирой. Вира, немного смущаясь, сидела рядом и незаметно подталкивала навигатора, чтобы тот перестал её слишком расхваливать.
- Когда мы вернёмся из этого рейса, я обязательно приглашу Виру к нам, - Александр весело взглянул на отца. - Вира, ты поедешь в Индию? Мы живём на Коромандельском берегу. Мой отец там руководит великолепным домом отдыха для работающих подолгу в космосе. Я познакомлю тебя с моей мамой. Она очень хороший человек.
- Хорошо, только приглашай тогда уж и командира.
- Приезжайте всем экипажем, - поддержал её отец Шурика. - Мы будем ждать.
- До скорой встречи, отец, - Лоре посмотрел, сколько осталось времени. - Не пропадай надолго. Я буду тебя запрашивать в Звёздные Часы.
На табло загорелось 21.00 и экран погас. У Шурика и Виры, как всегда после встречи с родными, было хорошее настроение.
- А правда, Вира, поедем к нам! Я покажу вам Индию. Уверен, ты не была в ней ни разу. Моему отцу, как члену Совета по организации отдыха населения Земли и её гостей, пришлось поселиться там, где создавался новый курорт, потому что было много сложностей с его устройством. С тех пор мы так и живём в этой удивительной стране. Ты бы посмотрела, какая там природа! А какой воздух над Бенгальским заливом! Нет, я, честное слово, до сих пор не видел ничего подобного.
Умытое морем, в лазурном сияньи
Лучи поднимает в прозрачную высь
Огромное солнце, и с берега пальмы
Приветствуют утра рождённого жизнь.
Приближалось время заступать Вирии на дежурство, а Александр рассказывал и рассказывал ей об Индии, о море, о доме отдыха, об отце и своей жизни там. Говорил увлечённо, размахивая руками и артистично помогая себе мимикой. Ему нравилось разговаривать с Вирой, особенно рассказывать ей что-нибудь. Она обладала удивительной способностью слушать собеседника. Лицо у неё всегда выражало интерес к тому, о чём шла речь. Она с готовностью отвечала рассказчику, если он обращался к ней. Никогда не перебивала и непременно дослушивала до конца, даже если было неинтересно или не терпелось что-то добавить самой.
- В следующую встречу с отцом договорюсь, когда нам лучше приехать, - закончил свой рассказ Шурик, вспомнив, что Вире пора идти. - Послушай, а почему командир никогда не остаётся с нами на Звёздный Час? Неужели он думает, что помешает нам?
- Не знаю. Не хочет нас стеснять. А может быть, ему тяжело, наблюдая за нами, снова возвращаться к своему семейному прошлому.
- Что, у него нет друзей, с которыми он мог бы побеседовать, которые были бы рады встретиться с ним?
- Есть друзья. Я видела некоторых из них. Ты знаешь, они очень дорожат дружбой с Далинским. Я много слышала о нём от его товарищей. Один, который ещё раньше летал с Германом, восхищался его талантом звездолётчика, называл "асом". Он мне рассказывал, как однажды необходимо было срочно вывезти больного экспедитора с планеты, оказавшейся в непредвиденно тяжёлых условиях из-за метеоритных ливней. И Далинский так ювелирно прошёл сквозь уничтожающий все "дождик", не получив ни одной пробоины, что долго потом все удивлялись, не могли понять, как ему это удалось.
- А метеоритная защита?
- В той полосе тогда были необычайные по своей природе ливни, и наша защита оказалась не очень действенной.
- Слушай, вот это да! Действительно, здорово! Но ведь это невозможно! Невозможно без защиты. Каким надо быть, чтобы вот так, запросто!
- Да уж, наверное, не запросто.
- Как я мало знаю о командире! - с сожалением воскликнул Александр. - Он никогда ничего о себе не рассказывает. Правда, что его называют легендарной личностью?
Вира сидела в кресле, опустив глаза, перебирая записи и схемы, которые совсем недавно держал в своих руках Герман, разговаривая с Землёй.
- Вира, хочешь, я расскажу Далинскому, хотя бы намекну, о твоих чувствах к нему? - вдруг произнёс Шурик.
- Ты с ума сошёл! Что ты! - испугалась она. - Никогда, никогда я не решусь открыться ему.
- Но ведь это не ты, а я скажу. Он будет знать и по-другому к тебе относиться. Вот увидишь.
Вирия отчаянно замотала головой, не находя больше слов для выражения своих чувств. Ей хотелось и не хотелось, чтобы Герман узнал обо всём. Она жалобно посмотрела в глаза Шурику, глубоко вздохнула и поднялась, собираясь уходить.
- Хочешь, я сегодня с тобой отдежурю на пульте? - кинулся за ней Александр. - Хочешь? Мне все равно надо делать расчёты по стыковкам космических тел в районе Алансолярия.