Толи кровь предков взыграла в Лирене, толи другая неведомая сила пришла ему на помощь, но юноша вдруг ощутил себя настоящим зверем. Он осторожно крался сквозь деревья, но шаги его были слышны из-за ботинок. Тогда принц скинул их и ступил на землю босой ногой. Какого же было удивление Лирена, когда ему стало невероятно удобно! Он чувствовал под стопой буквально каждый камушек, каждую травинку, и это позволяло ему рассчитывать, с какой силой переносить основной вес на ногу, которая была опорной в данный момент. Матцукелах, кажется, был доволен тем, что его «ученик» делал такие успехи. Подождав, пока Лирен освоится, зверь резко рванул вперёд и понёсся сквозь густые заросли. Повинуясь внутреннему голосу, юноша бросился следом. Он и представить себе не мог, что у него была подобная ловкость — принц просто перепрыгивал через коряги и крупные камни, через которые он раньше с трудом перебирался пешком. Кровь в жилах бурлила и требовала всё больше и больше действий. Вдыхая разгорячённый воздух джунглей, Лирен чувствовал, как голос предков просыпался в нём всё сильнее.
У самого обрыва Матцукелах остановился и устремил в сторону диплокоров изучающий взгляд. Стадо всё ещё не подозревало о надвигающейся опасности и мирно паслось на поляне, совершенно не обращая внимания на подозрительные звуки. Лирен медленно остановился рядом с белым зверем и вопросительно посмотрел на него.
— Что-то случилось? — шёпотом спросил юноша, но Матцукелах в ответ промолчал и только припал к самой земле, готовясь к прыжку. С этого выступа лететь вниз было около трёх метров, и Лирену идея зверя совсем не понравилась. Однако эффект неожиданности мог принести им удачу в этой охоте. Тяжело вздохнув, принц наклонился над обрывом и нервно сглотнул: высоковато…
Матцукелах прыгнул совершенно неожиданно и, издав громоподобный рёв, приземлился в самую середину стаи диплокоров. Те издали испуганный крик и бросились бежать в противоположную сторону — тогда-то Лирен и понял, зачем он и Матцукелах охотились вместе. Так было больше шансов поймать добычу. На мгновение позабыв о собственном страхе, юноша спрыгнул с края обрыва, зацепился за широкую ветку руками и, раскачавшись, приземлился прямо перед несущимися на него диплокорами. Это было подобно самоубийству — прыгать под копыта испуганным животным! Но диплокоры, прежде редко видевшие людей, мгновенно бросились обратно, увидев в Лирене угрозу не меньшую, чем в Матцукелахе. Только белый зверь не дал им уйти — его широкая и тяжёлая лапа скользнула совсем рядом с боком альфа-самки и заставила всё стадо резко повернуть. Дальше был лишь тупик, но Лирен прекрасно понимал, что загнанный в угол диплокор был страшнее самого хозяина лесов.
«И откуда я это знаю?» — удивился Лирен. Ему, всю жизнь проведшему в цивилизации, были непривычны эти занятия, однако он хорошо бегал, держал в руках копьё… Словно он был рождён для подобного.
Размышления юноши прервал предупреждающий рык Матцукелаха: одна из самой диплокора бросилась на Лирена, впав в настоящее безумие. В какой-то момент принц даже испугался, но инстинкт самосохранения заставил его вскинуть копьё и с громким криком ударить им в нападающего. Острый конец палки прошёл по левому богу животного и повредил ногу, из-за чего диплокор рухнул на землю и ещё долго пытался встать. Занеся копьё, Лирен одним ударом прекратил его мучения. Первое убитое им живое существо… Лирен никогда даже в голубей камнями не кидал, а тут — смерть. Но как бы тяжело не было юноше, он осознавал, что это — его первая удачная охота, и по законам предков он стал теперь мужчиной.
Альфа-самка сбежала прежде, чем Матцукелах настиг её, и ему пришлось довольствоваться каким-то самцом. Впившись в его шею острыми клыками, белый зверь повалил добычу на землю и издал короткий самодовольный рык. Матцукелах, кажется, совсем не огорчился по поводу того, что его предыдущая цель куда-то сбежала, а вот Лирен был очень зол. Диплокор, которого он убил, был не мелким, но и не самым большим. На длинный плащ его шкуры бы попросту не хватило, но если обшить ею штаны или рубашку…
— Не знаешь, где можно найти нитки и иголки? — улыбнулся Лирен, обернувшись к Матцукелаху. Тот лишь приглушённо зарычал и как-то подозрительно замер. Юноша не уделил этому особого внимания и принялся осматривать тушу убитого им диплокора. Мяса много, шерсти достаточно. Жаль только, что костям он применения найти не мог.
— Что ты стоишь? — хмыкнул Лирен, заметив, что Матцукелах так и не сдвинулся с места. — Или перед трапезой нужно какой-то обряд провести?