Лирен коротко кивнул, подтверждая слова илькаса. Матцукелах действительно не мог просто так войди в дом к незнакомому человеку, даже если этот кто-то был в прошлом товарищем Анастасии. Сама альва прекрасно это понимала, но грозу им всё-таки нужно было где-то переждать. Мокнуть под дождём или прятаться под каким-то навесом не хотелось никому. Лирена совсем не радовала перспектива простыть тут, на неизвестной планете, а потом бегать в поисках врача, которого здесь могло и не быть. Кроме того, юноша прекрасно понимал, что он мог подхватить и какую-нибудь редкую местную болезнь, к которой его организм был попросту не приспособлен.
Тяжело вздохнув, Сильван недовольно заворчал. Ему всё-таки пришлось согласиться с Анастасией, и альва осторожно постучалась в дверь. В ответ была лишь тишина — такая таинственная, пугающая…
— Никого нет! Идём, — просиял Сильван и отвернулся, но из дома послышались шаги. На лице илькаса мгновенно отразилась гримаса недовольства, и он, заворчав, покачал головой. Сегодня был явно не его день. Когда дверь тихонько скрипнула и отворилась, Анастасия мгновенно расплылась в улыбке и поклонилась — привычка не позволяла ей позабыть о вежливости даже перед старым другом. Лишь когда показавшийся в проёме мужчина поклонился в ответ, альва воскликнула:
— Гранд! Как я рада тебя видеть! А ты ничуть не изменился!
Мужчина, появившийся на пороге, был похож на настоящего змея. Часть лица его была покрыта чешуёй, которая слабо отливала при тусклом свете люстры, уныло свисавшей с потолка. Глаза слегка сверкали в полумраке, а зрачки время от времени сжимались в едва заметные щелочки, из-за чего по спине невольно пробегал холодок. Внушительный вид седовласого мужчины ещё больше усиливала щетина, которая местами походила на короткие иголки. Одет хозяин дома был в военную форму, явно не принадлежавшую Легиону — белый камзол с чёрными крыльями на спине. На плечах у него были пластины-наплечники, защищавшие верхнюю часть рук. Отчего-то Лирену стало спокойнее, когда он увидел на поясе у мужчины лучевой пистолет — хорошо хоть не меч!
Окинув принца пристальным взглядом, хозяин дома глянул на Анастасию и хмыкнул:
— Ничуть не изменился? Да я постарел на десять лет! Вон, все волосы седыми стали. А ты как была молодой, так и осталась. Признайся, на тебе какое-то колдовство?
— Ты в каком веке живёшь, Гранд! — рассмеялась Анастасия. — Какое колдовство! Не шути так больше. Тебе не идёт.
Гранд в ответ только усмехнулся и, вздрогнув от раската грома, распахнул дверь пошире. Восприняв это как приглашение, Анастасия уверенно шагнула в дом и взглядом позвала за собой обоих юношей. Лирен поспешил следом за ней, стараясь не смотреть в глаза Гранда. Сильван же невозмутимо прошагал в дом и, даже не кивнув хозяину в знак приветствия, плюхнулся в ближайшее из кресел. Старый свальборг не сказал ему ни слова — только усмехнулся и сел напротив.
Дом его был совсем прост, и в то же время он сильно отличался от всего того, что раньше видел Лирен. На стенах не было обоев — вместо них были привинчены какие-то странные пластины, от которых отражался свет, из-за чего комната казалась светлее. Всё вокруг было похоже на викторианскую эпоху: огромная люстра мерно покачивалась из стороны в сторону, пугая своим возможным и неожиданным падением, где-то в стороне мерно трещал камин, извергая столп искр, которые тут же затухали в темноте, на окнах — яркие красные шторы с ламбрекеном, а на полах — огромные ковры. Мебель была достаточно изящной: витые ножки, узоры по краям, красочная обшивка…А ведь снаружи домик казался достаточно бедным!
— Не желаете ли выпить? — предложил Гранд Лирену, но юноша, покачав головой, пробормотал:
— Спасибо, не пью.
— А вы? — тут же предложил мужчина Сильвану, и илькаса недолго думая согласился. Порой он сильно злоупотреблял курением и алкоголем. Поднявшись с кресла, Гранд прошёл в соседнюю комнату и довольно скоро вернулся с бутылкой вина. Настоящего земного вина! Лирен такого и в собственных фантазиях не видел, не говоря уже о реальной жизни! Судя по буквам на этикетке, оно было английское. Или итальянское? Лирен плохо разбирался в подобных языках — его учили только универсальному, точнее межнациональному, на котором говорили абсолютно все колонии Легиона. Разлив вино в два стакана с узкой изящной ножкой, Гранд протянул один Сильвану и сел в свободное кресло. Анастасия тут же улыбнулась свальборгу и произнесла: