Она прищурилась.
— Не то чтобы я что-то знала, но разведчики приводят в подземелья все больше и больше мятежников, Альберт. То, что ты сделал…
— Они тоже драконы, просто они другие.
Слезы текли по моим щекам.
Она ушла.
Где, черт побери, Кэти? Жива ли она еще?
ГЛАВА 29
КЭТИ
Я очнулась в камере с Танией, сидящей в углу.
У меня болела грудь.
— Чёрт, где мы находимся?
— Ты проснулась! — она подошла ко мне и обняла меня.
Я замерла.
— Что, черт возьми, с тобой случилось?
— Прости. Я была идиоткой, Кейт, — она впервые назвала меня по имени.
Я дотронулась до груди и сморщилась от боли.
— У меня не было выбора.
— У тебя не было выбора насчет чего?
— Ты бы умерла. Я отдала тебе свою сущность.
Она распахнула платье и показала мне похожий шрам.
— Что ты наделала, Тания?
— Все заживет, Кейт, просто успокойся.
Внезапно в моих ушах зазвучали голоса. Очень громкие голоса.
Я заткнула уши и застонала, лежа на полу.
— Что происходит?
— Дыши глубже, — услышала я бормотание Тании. — Ты теперь слышишь, как мы. Ты можешь это контролировать, просто сделай голоса потише.
— Как? — я застонала. Мне казалось, что мои барабанные перепонки вот-вот лопнут.
— Давай, Кейт, ты сможешь.
— Что происходит, Тания?
— Я приняла связь.
— Почему, глупая женщина? Я же освободила тебя.
— А потом ты спасла мне жизнь. Твоя доброта стала поворотным моментом. Прости, я не знала. Я понимаю, ты не хочешь дракона, но я буду такой, какой ты захочешь меня видеть. Я даю тебе свою клятву: я умру за тебя и с тобой.
— Остановись, это не ты, — я посмотрела на нее, все еще пытаясь заглушить далёкие голоса.
— Это правда. Клянусь. Я просто была слепа.
Голоса все еще звучали громко, но уже стали терпимыми.
— У тебя тоже есть дар, Кейт. Им об этом неизвестно. Мы можем выбраться из этой передряги.
— Альберт жив? — мне важно было узнать ответ. Она заворчала.
— Тания, скажи мне, он жив?
— Я не знаю. Думаю, что да, но его ведь здесь всё равно нет, Кейт.
— Он придет за мной.
Она покачала головой.
— И тобой. Он сказал, что мы нужны ему для его школы.
Она рассмеялась.
— Ты правда веришь, что такая школа будет? Тогда ты такая же наивная, как и он.
— Он придет за нами. Что за сущность ты мне дала?
— Часть меня. Мы исцеляемся быстрее, мы все делаем лучше, чем люди. Это не бессмертие, но ты будешь жить веками.
— Что?! — я не хотела жить веками. Если Ал погиб… — Что, черт возьми, ты сделала?! — закричала я и схватилась за голову.
— Ты была на грани смерти.
— Тогда ты должна была позволить мне умереть.
— Я не могла этого сделать. Я только что сказала тебе, что все наши чувства глубже ваших. Я связана с тобой. Я не смогу жить без тебя, Кейт.
Я хмыкнула.
— Пожалуйста, не говори мне, что ты тоже в меня влюблена.
— Нет, это не совсем так. Я знаю, что ты замужем. Считай меня своей старшей сестрой.
— Старшей сестрой?
— Да, той, что всегда рядом. Всегда.
Я прищурилась. Слишком сложно, не могу уловить смысл.
— Кейт, — позвал меня кто-то знакомым голосом.
— Фред, это ты? — закричала я.
— Ты жива! Мы так волновались, когда тебя привезли, — нас разделяло несколько камер.
— Альберт жив? — драконы взревели. Я замерла. — Они тоже здесь?
— Ал жив. Это Роберт, — сказал он.
— Что они с ним делают?
— Ничего, их судьба будет решена вместе с нашей.
— Их судьба?
— Ты не знаешь короля Луи, Катрина.
Я поняла, о чём он говорит, и слова Горана заиграли в моей голове, как заезженная пластинка. Он никогда меня не примет. Я же простолюдинка.
— У меня есть план. Как только нас выведут, начнём действовать. Они не знают, что я дракон. Мы выберемся отсюда.
Я не хотела кивать, но кивнула. Моя жизнь с Альбертом закончилась.
Это кольцо не значит ровным счетом ничего, если его отец не примет меня.
Я заплакала, и Тания крепко обняла меня.
— Все будет хорошо, Кейт.
— Нет, не будет. Горан предупреждал меня, что это произойдет. Я не послушала.
— Я вытащу нас всех отсюда, обещаю.
АЛЬБЕРТ
Я поговорил с Делилой. Сказал ей, что мне нужна ее помощь, чтобы найти Катрину.
— Кто такая Катрина, Альберт?
— Девушка с бала, моя жена.
Делила ахнула, но затем улыбнулась. Она с любовью коснулась моего лица, а затем ее улыбка исчезла.
— Твой отец никогда не примет ее.