Карета уехала сразу, как только я вышла. Я подошла к лавке и открыла дверь.
Фэллон расставляла на полке флаконы с лекарствами.
— Проверь, чтобы там была синяя мазь, — донесся голос моей матери.
— Да, мам, — ответила Фэллон.
— Кэти! — крикнул мой брат и врезался в меня. Он заметно подрос.
Моя сестра обернулась и ахнула, а из кладовой вышла мама.
Я поцеловала Сэма в макушку.
— Ты уже такой большой.
— Ты принцесса!
Я покачала головой.
— Была, но совсем недолго.
— Ох, Кэти, мне так жаль, — мама подошла, чтобы обнять меня, и я разрыдалась у нее на плече.
— Все будет хорошо.
— Как, мама? Король заставляет его жениться на Дризельде Лонгботтом! — ее имя было на вкус как яд.
— Все будет так, как суждено свыше. Вот увидишь, — дала она мне свой любимый ответ.
— Не в этот раз, — я выплакала все глаза в ее объятиях.
— Шшш, шшш, — продолжала повторять она. — Тебе нужно что-нибудь поесть и отдохнуть. Ты через многое прошла.
Моя мать вывела меня из лавки в таверну.
— Где Мэгги? — спросила я.
— Все еще с детьми.
— Они все еще прячутся?
Мама кивнула.
— Она сказала, что Альберт пошлет сообщение, когда будет безопасно. Тебе нужно поесть.
— Кэти, — Ровена бросилась ко мне и крепко обняла. — Я так счастлива видеть тебя!
Полились новые слезы. Когда же я перестану чувствовать эту печаль?
— Шшш, ты знала, что это произойдет. С тобой все будет в порядке, Катрина, — мама погладила меня по спине.
Мама Мэгги дала мне тушеное мясо, которое она приготовила сегодня для посетителей таверны, и я ковырялась в еде, пока мама сидела со мной.
— Мы отстраиваем дома и остаемся здесь на короткое время, пока у нас не будет другого места. Тони оказал огромную помощь. Он наконец-то открыл всем, что он дракон. Он защитил нас от стольких нападений. Мы обязаны ему всем.
Я просто кивнула, ковыряясь в рагу.
— Катрина, съешь что-нибудь, пожалуйста.
— Я не могу, мам, — сказала я, и мой взгляд упал на кольцо, которое подарил мне Альберт.
Я закрыла глаза.
— Папино кольцо все еще у него.
— Пусть он оставит его себе.
Я посмотрела на мать, и еще больше слез потекло по моим щекам, а плечи затряслись.
— Я не хочу быть королевой. Если мне постоянно придется принимать подобные решения…
— Шшш, — она встала и отвела меня в нашу комнату.
Она уложила меня в постель и поцеловала в обе щеки.
Я не хотела ни есть, ни спать. Я не могла. Потому что я знала, что мне приснится он.
И тот несовершенный мир, в котором мы живем.
Реальность сломила бы меня.
— Постарайся немного отдохнуть, Кэти, — она поцеловала меня в макушку и вышла из комнаты.
Я плакала до тех пор, пока не выплакала все слезы, а потом усталость взяла верх.
***
Я проснулась и обнаружила, что Тания сидит в кресле. Она разговаривала с Сэмом.
— Кэти, — он увидел, что я проснулась. — У тебя правда есть свой дракон? — спросил он.
Я посмотрела на Танию. Она была здесь, а это означало, что король выполнил свою часть сделки.
— Как долго я была в отключке?
— Около суток. Вы, люди, любители поспать, не так ли? Я слышала, что ты сделала все, как он хотел. Ты меня совсем, что ли, не слушала?
— Это уже неважно.
— Я отдала тебе свою сущность.
— Я не просила об этом.
— Я тоже. Черт возьми, Кейт, а чего ты ждала? Что он благословит ваш брак? Он — член королевской семьи, а ты — нет.
— Ладно, да. Я была настолько наивна. Я потеряла все, Тания, мне нечего тебе предложить, — плакала я.
Она встала и крепко обняла меня.
— Это не так работает, детка. Я буду с тобой в богатстве и бедности, пока смерть не разлучит нас.
— Я не из этих…
— Я не это имела в виду, дурочка, — пошутила она, и мой брат рассмеялся.
— Так ты все-таки говоришь по-английски.
Она пожала плечами.
— Ну и что, подай на меня в суд. С тобой все будет в порядке. У него есть сущность, у тебя тоже. Несколько десятилетий — ничто по сравнению с тем, что мы с Робертом дали вам.
— Всех отпустили?
— Да, его отец сейчас уступает всем его требованиям. После того, как он вытеснил Роба и тебя из его жизни. Альберту уже все равно — так, по крайней мере, говорит Роб.
— Ты видела его?
Она кивнула.
— Альберт получил то, что хотел.
— Нет, Кейт, не получил. Он потерял тебя. Он на собственном горьком опыте убедился, что не все можно выиграть войной и что иногда приходится идти на жертвы, чтобы получить то, что принесет мир.
Я кивнула.