Марина посмотрела в зал. Он был пуст, только за одним ближним к выходу столом сидели двое посетителей, и пили кофе. Роман тоже оглянулся и расстроенно произнёс:
– А мне здесь нравится. Давайте останемся до утра. Я хотел вам рассказать…
Но Марина перебила его.
– Вы знаете, я подозреваю, что утро уже наступило. Пришло время исполнить вторую часть нашего договора, – она встала и покачнулась.
Роман тоже встал из-за стола и поддержал её за руку. Он завороженно смотрел на Марину и был рад тому, что ему понравились в ней не только губы и глаза, но и красивый лоб и каштановая завитушка, лежавшая на её плече.
Марина смутилась от того, что он смотрит на неё так пристально. Она опустила глаза, но от симпатии к незнакомц смутилась ещё больше. Он крепко сжал её руку ниже плеча.
– Пора, нам пора разбегаться в разные стороны, – тихо сказала она ему.
– Зачем? Зачем нам разбегаться? – так же тихо ответил он ей.
Вдруг они зашатались вместе. Марина схватила за руку Романа, удерживая его от качки. Но тут к ним быстро подошли сидевшие за столиком у входа посетители. Один из них крепко обхватил Романа за талию и повёл к выходу из кафе, а второй галантно предложил свою руку Марине и тоже помог ей выйти на свежий воздух.
– Да оставь ты меня, – пытался сопротивляться Роман, когда помощник усаживал его в джип, – мы ещё увидимся, – толи спросил, толи утверждал Роман, крикнув Марине.
Марина, на прощание, помахав ему рукой, почему-то без сопротивления и страха села в другой дорогой автомобиль.
– Куда вас отвезти? – вежливо спросил её водитель.
Услышав адрес, он не стал больше задавать ей никаких вопросов. А она, разморившись от выпитого и мягкого хода автомобиля, уснула. Около дома водитель услужливо почти донёс её до квартиры. Позвонив в нужную дверь, он уехал.
Дверь квартиры открыла незнакомая девица.
– Марина Евгеньевна, ну как же так? Вас все обыскались! Костя до сих пор бегает по улицам, разыскивает вас.
– А куда это я попала? Мы разве знакомы? Или тоже знакомиться не будем?
– Как это не будем, – девушка помогла Марине переобуться, – ещё как будем.
– Ой, мои тапочки! А я тебя узнала, ты это… лифчиками и трусиками мой пол устлала. При-зна-вай-ся… куда ты дела мой любимый халатик?
– Да на месте ваш халатик. Пойдёмте, я вас в кровать положу.
– Какую кровать? Послушайте! Вот раньше мужчины дорогу до спальни любимой устилали цветами! На худой конец этими… ну, обрывали … Помните, миллион, миллион…
– Не… я помню другую песню! Лепестками алых роз я дорогу устелю…– запела девушка, – меня, кстати, Настя зовут.
– А что? Марина Евгеньевна, – она протянула девушке ладонь и пожала ей руку, – хоро-ше-е имя! И слух у вас, Настя, есть. Молодец! Главное… песня правильная. А то трусики, лифчики… Фу! Это… поймите меня правильно, Настя… никакой романтики! Ну что это на самом деле? Трусики…лифчики…
– Марина Евгеньевна, не переживайте, в следующий раз подготовимся основательней, придём с лепестками роз.
– Вот это правильно, а то… Настя, и не надо одевать мой халат… у тебя что, своего нет? Надо для таких случаев иметь свой… ха-ла-тик. А то я тебе подарю, а к этому я сама привыкла… – уже еле говорила Марина, кутаясь в одеяло и засыпая.
Уложив Марину спать, Настя встретила входившего в квартиру Костю.
– Костя, а она часто так? – удивлённо спросила она его.
– Что и как так?
– Твоя мама в сильной стадии опьянения, если говорить официальным языком.
– Каким языком? Какого опьянения? Она вообще никогда не пьёт!
– Да? Только сейчас она лыка не вяжет.
Не поверив подруге, Костя заглянул в комнату матери.
– Ничего себе! С кем это она? Её единственная подруга в Германии живёт, – удивился Костя.
– Подумаешь, Германия. Для настоящих друзей расстояние не помеха. Туда, сюда всего ничего…
Глава 3
Утро Романа началось с шипучего аспирина.
– Роман Ильич, я могу у вас спросить? – с улыбкой обратился к нему Николай.
Роман жалобно взглянул на него.
– А кто эта женщина, с которой вы вчера «заседали»? Вы вчера твердили только одно, чтобы я её разыскал.
– А ты разыскал? Даша! – позвал помощницу по хозяйству Роман, – Даша, умираю!
– Бегу, бегу! – послышался голос пожилой, но статной домработницы, – сейчас спасу, мой хороший. Надо же так наклюкаться? Конечно, с непривычки ещё ни так голова будет болеть. А ну-ка! Клюквенного морсика, да холодного, – засуетилась она.
– Николай, ну ты как? Разыскал?
– Кого, папочка? Николай, ты Марину Евгеньевну разыскал?