Бертамб не отвечал. Петри страшно хотелось дать лоовону затрещину, но он благоразумно сдержался.
— Скажите, командор, — промолвил Аралл, — человек, которого вы рекомендовали, Джон Йэхард… на него можно положиться? Простите, что задаю подобный вопрос, но слишком многое зависит от вашего ответа.
— В Особом отделе он с успехом выполнял самые сложные задания. Его пси-способности необычайно высоки, такие очень редко встречаются.
— Я спрашивал не об этом. Опасения внушает его помощник, некий независимый программист.
— Думаю, вы преувеличиваете опасность, — пожал плечами Петри. — Боюсь, ее чувства в той или иной степени разделяют все обитатели нашей системы.
— Верховное Бюро считает их сотрудничество недопустимым, — ледяным тоном произнес Бертамб. — Посоветуйте вашему Йэхарду пока обходиться без нее.
В бесстрастном голосе лоовона Петри явственно услышал угрожающее «а иначе…».
Тревожные мысли обуревали командора, когда он покидал тускло освещенные апартаменты на верхних этажах Октагона VI.
Тем временем в небольшой комнате в Октагоне VII шел обычный спор.
— Нет, Джон, ты не прав. У Покорителей было не пять, а шесть кораблей. Огонь первыми открыли лоовоны, и Покорителям пришлось защищаться. Они не виноваты, что стреляли лучше голубокожих. Их главная ошибка — в распылении сил, и лоовоны перебили всех по одному! — возбужденно говорила Мэг, негодующе глядя на Джона.
— И все-таки перебили!
— Нет! Ты помнишь старые баллады?
— Сказки, мифы! «Восстань, человеческий род…»
— Джон, почему ты даже не хочешь задуматься? Ведь во всех сказках содержится зерно истины.
— Мэг, все легенды про подвиги Покорителей созданы не ими, а такими патриотами, как ты, чтоб поддержать дух людей, заживо гниющих на разных станциях вроде Нострамедеса. Ты выросла на этих песнях и уже не можешь посмотреть на историю объективно.
— Покорители не сгинули бесследно, — с мрачной уверенностью произнесла Мэг. — Мои отец и мать родом со спутников Виллиама. Там, как тебе известно, могут жить только самые отчаянные. И не сравнивай меня со рванью, которая населяет ваши станции и мегаполисы.
— Ну хорошо, прости меня, — Джон примирительно махнул рукой. — Ты происходишь по прямой линии от Покорителей. Только вот все наследие твоих предков обратилось в прах полтора десятка веков назад.
— Не все. Последние Покорители, оставшиеся в живых, нашли убежище на спутниках Виллиама. Поэтому лоовонские корабли там почти никогда не заправляются.
— В глубине океана, где тонут надежды… — вполголоса нараспев произнес Джон.
— Мы оставим его! — подхватила Мэг. Глаза ее засверкали огнем, мягкий голос окреп, и в нем зазвучал металл.
Где-то там, в самом сердце Моря безбрежного, Мы оставим его!
Там, куда не доходит Свет звезд отдаленных, Мы оставим его.
Пропев последнюю строфу гимна, она умолкла и вздохнула.
— Безусловно, у Тьера Мери получилось бы лучше, но ты, полагаю, и так понял, что Покорители не сдались. Гордость человечества не погибла вместе с их кораблями, а значит, мы еще сможем сломать лоовонское ярмо, надо лишь захотеть!
Джон невольно улыбнулся ее воодушевлению. За девять лет жизни на Гиперионе он разучился надеяться и черпать радость в самой надежде. Девять лет… Годы побед, годы сокрушительных поражений…
— Ладно, Мэг, допустим, где-то в Богом забытых уголках еще целы звездолеты Покорителей, если лоовоны не добрались до них!
— Джон, я точно знаю, где-то рядом должен находиться «Уинстон Черчилль»! Может быть, даже на системе одного из красных карликов.
— На этих системах все до дна перерыто голубокожими.
— Значит, Покорители ушли еще дальше.
— Наверное, раз ты так говоришь…
Резко запищал сигнал Дейзи.
— Ага, пришли данные из архива военной разведки! — оживился Джон и вдруг осекся. — Ничего не понимаю, — недоуменно проговорил он.
— Запрашиваемая информация на обработке, доступ временно закрыт, — прочитала Мэг. — Черт возьми, мы же не сможем работать без нужной информации.
— У нас есть портрет старого эльшита.
— И ты хочешь попытаться с помощью такой картинки найти его в муравейнике Гипериона?
— Тогда поговорю с Петри. Чертыхнувшись, Джон встал и пошел к двери.
— Куда ты? — окликнула Мэг.
— К Петри, — не оборачиваясь, ответил Йэхард.
— Так ведь можно позвонить.
— Нет, я хочу говорить именно с Петри, а не с агентами Верховного Бюро, слушающими твой телефон.
Через полчаса Джон снова был в здании военной разведки. На этот раз командор заставил долго ждать себя. Йэхард уже собирался покинуть тихий зал ожидания, когда его наконец-то пригласили в кабинет шефа могучей спецслужбы. Сидя за столом, Петри торопливо напяливал на себя пси-дефлектор и густо покраснел, когда Джон появился на пороге.