Елисей порывисто прижал меня к себе. И я была не в силах оттолкнуть его. Мы многое прошли вместе, но я никогда не догадывалась, что так много для него значу.
Верно говорят, что человек легко забывает плохое. Сейчас у меня не было негативных чувств к этому парню. Я понимала его. Что ему пришлось тяжело, и он просто сломался. Мне хотелось прогнать из его души холод, вернуть миру прежнего искреннего и светлого мальчика. Но хватит ли на это моих сил? Елисей не был мне чужим, моё сердце откликалось на его боль и радость.
Но у меня есть Дима. Надёжный, преданный друг, в котором я была уверенна и готова связать с ним свою жизнь.
Но только сердце моё от этих мыслей почему-то не стучало как сумасшедшее. И я не испытывала такого же волнения, как от слов Елисея…
Рядом с Димой мне было спокойно, как с Женей. И лишь сегодня что-то дрогнуло, навеянное волшебством старого танца. Я была готова впустить Диму в своё сердце, но Елисей со своим признанием разбередил что-то глубокое, почти позабытое в моей душе.
И я сама не понимала, чего хочу.
Мне нужно было время, я вырвалась из объятий Елисея и встретилась глазами со смотрящим на меня из конца коридора Димой.
Похоже, времени у меня нет. И свой выбор я должна сделать прямо сейчас.
Выбор
Я стояла между двух парней, сверливших друг друга яростными взглядами, и не знала, что делать.
Рука сама собой потянулась к подарку Медера. Я сроднилась с голубой капелькой и в трудную для себя минуту часто доставала её и теребила в пальцах. Но капельки на месте не было. Похоже, цепочка оборвалась во время танцев, и я потеряла её в Императорском зале.
Я не могла допустить этой потери!
– Мне нужно… Я сейчас… – пискнула я, устремляясь в зал и искренне надеясь, что они не поубивают друг друга в моё отсутствие.
Оба парня дёрнулись за мной. Отвлёкшись на них, я не заметила выходившего из зала человека и со всей силы врезалась в него.
– Простите, я нечаянно… – пробормотала я, отстраняясь от парадного фрака незнакомца. Как неудобно, я же своим макияжем одежду ему испортила! В растерянных чувствах я совсем забыла, что смыла с себя весь макияж, и одежде незнакомца ничего не угрожает.
– Всё хорошо, Маша. Ты не это случаем ищешь? – он протянул мне мою пропажу, бережно завёрнутую в белоснежный платок.
Но я не спешила брать капельку, потому что замерла как громом поражённая его голосом! Не веря, я подняла взгляд, встретившись с тёплыми смешинками его карих глаз. Мои глаза жадно выхватывали все детали его облика: статную фигуру, аккуратную причёску, чуть более резкую, чем раньше, линию скул…
Он изменился. Но я узнала бы его из тысячи! Передо мной в костюме музыканта лучшего английского оркестра стоял мой Медер!
– Ты!!! – выдохнула я, не в силах поверить в происходящее.
– Я, – с улыбкой ответил Медер. – Узнала?
Я кивнула, сердце в груди отплясывало какой-то бешенный танец…
– Я тоже тебя узнал, сразу как увидел. Ты почти не изменилась, Маша. Я очень сильно по тебе скучал! – его пальцы нежно подхватили кружевную оборку моего платья, не решаясь коснуться руки.
По глазам Медера было видно, что он узнал платье . Точную копию того самого, "нашего"… Наш вальс… Такая ли случайность, что оркестр сыграл именно эту музыку? Он правда ничего не забыл, как и я.
Мы стояли друг напротив друга и счастливо улыбались, словно и не было разлучивших нас лет. И я, как и прежде, была самой счастливой, утопая в нежности, льющейся из его глаз. Это было похоже на чудо!
Прав был Женя, говоря, что в своё время меня отыщет МОЯ сказка! И что случится это только тогда, когда найду в себе смелость быть собой. Всё моё существо словно пробудилось от спячки. Сейчас в моём сердце не было ни капельки сомнений, оно просто кричало, что сейчас это – настоящее! И навсегда. Всю жизнь я ждала только его, не в силах позабыть о нашей детской любви. Как бы ни искала я иного, где бы ни петляли наши с ним дорожки, но первая любовь для нас так и осталась единственной. И я больше ни за что с ним не расстанусь.
Рядом отчаянием горели глаза Елисея. Дима с осунувшимся лицом оттеснял от нас откуда-то взявшуюся маму… Но для меня не имело значения ничего кроме глаз молодого мужчины напротив.
Медер вложил в мою руку капельку, как тогда. И я вспомнила, что кое-что задолжала ему.