Закончив небольшую экскурсию по внутренним помещениям базы, Шрам отвёл Эла в жилой отсек «Пузыря» и показал его новое жилище, объявив торжественно:
- Здесь жил Скрабж, а до него – ещё пятеро других. Все прожили короткую, но яркую жизнь и оставили после себя много всякого барахла. Теперь оно всё твоё. Можешь смело пользоваться их рубандами и таскать их шмотки.
Довольный собой, пират громко расхохотался. Эл уже понял, что чёрный юмор был неотъемлемой частью этого грубоватого весельчака, поэтому даже не стал комментировать услышанное. Этот пират ему определённо нравился и Эл решил ему подыграть. Осмотрев каюту, он повернулся и с нарочитым недовольством ответил:
- В целом, идея мне нравится. Только вот кто спёр моё кресло пилота и почему у этой конуры нет движков снаружи? Как я теперь буду летать, кто-нибудь мне ответит?!
Шрам сперва опешил. Но потом до него дошёл смысл сказанного и он снова начал хохотать. Указав на Эла, пират расхохотался ещё больше, а когда смех перестал душить, он наконец смог произнести:
- Э-хе-хе! Неплохая идея, Крепыш - смыться отсюда в собственной каюте! Ты это здорово придумал, парень. Я обязательно подумаю, чем бы тебе помочь. А-ха-ха! У-ху-ху!
Затем, мгновенно став серьёзным, Шрам ответил холодным тоном:
- Ты будешь летать с нами, приятель. У Немого свои планы насчёт тебя. А я ему жизнью обязан. Впрочем, парень, как и ты теперь. Можешь считать, что ты уже умер и просто несёшь теперь свою вечную вахту. Добро пожаловать в семью, Крепыш! И не вздумай чудить! Там снаружи нет ничего... пустота, вакуум... пшик и ты лопнул, сдулся в момент.
Затем, подумав, Шрам добавил:
- Скоро мы снова пойдём на дело - у Немого полно дилеров, работы всегда хватает. Так что у тебя есть время отдохнуть, немного осмотреться и подготовиться к рейду. Давай, приятель, расслабься, пока есть возможность. И не забудь померить портки Скрабжа. У него был отменный вкус на такие вещи, ха-ха-ха...
Шрам снова зашёлся в приступе хохота, затем повернулся и вразвалочку направился по висячим металлическим переходам вглубь базы, ловко перескакивая через мостки и ступеньки. Эл проводил его долгим задумчивым взглядом. Теперь, когда ему чётко обозначили его статус, стоило хорошо подумать о том, как поступить в сложившейся ситуации.
Зайдя в каюту, Эл осмотрелся. Внутри царил небольшой житейский беспорядок, словно обитатель этой конуры выскочил куда-то ненадолго, планируя вскоре вернуться. «М-м-да-а-а... прогулка у этого парня сегодня явно не задалась, - подумал он про себя. - Что ж, придётся обживать это место».
Эл первым делом расчистил пространство на столе, отодвинув чужое барахло в сторону. Кое-что упало на пол, но он не стал поднимать – ещё успеется. Достав несколько своих устройств, он разложил их на столе и стал искать гнездо энергосети, чтобы подзарядить аккумуляторы. Оглядев панели за столом, он быстро обнаружил искомое – целую батарею гнёзд. Эл с удовлетворением отметил, что все гнёзда в каюте имели стандартные разъёмы, которые применялись в секторе Ятагуши, и были оборудованы фиксаторами с таймером и защитой. Эл был уверен, что разбери он эти гнёзда, внутри обнаружит термодатчики и, наверняка, небольшую систему пожаротушения. Шрам явно был знаток своего дела, раз продумал даже такие мелочи.
Подключив к сети свои кибер-поделки, Эл осмотрел помещение на предмет наличия камер наблюдения. Беглый осмотр не дал результатов, и тогда он решил позже провести проверку при помощи приборов. Затем он критически оглядел ложе в углу каюты. Это было стандартное балагорское ложе с квадратными пропорциями. Балагоры, как и люди, нуждались в регулярном сне, однако предпочитали спать на животе, раскинув руки в стороны. Продолговатая форма черепа с длинными челюстями не позволяла им спать лицом вверх, так как голова валилась на бок, либо запрокидывалась назад. А спать на боку им было неудобно по причине наличия четырёх рук, которые надо было куда-то разместить. Поэтому они обычно спали на животе, распластав руки в стороны, и вытянув голову вперёд. Однако Эл знал, что многие бродяги-одиночки и вовсе предпочитали спать в своих пилотских креслах с отключенной гравитацией. Ну, это для эстетов, так сказать. Он же оказался здесь в роли пассажира, по крайней мере, на какое-то время. Поэтому иметь удобное ложе ему было бы очень кстати.
Эл сгрёб с ложа вещи прежнего владельца и швырнул их в дальний угол каюты. Затем обнюхал плотную ткань, которая покрывала ложе. Балагоры, как и все живые существа во Вселенной, имели собственный уникальный запах. Ткань ложа не выглядела затасканной, и от неё не разило потом или ещё чем похлеще. Похоже, прежний обитатель каюты был вполне аккуратным типом и поддерживал чистоту в своём жилище. Что ж, это радует. Ещё в те далёкие времена, когда Эл только появился на корабле Аазора, старик первым делом приучил его соблюдать правила гигиены и поддерживать чистоту и порядок в личных вещах. Старый бродяга любил повторять: «Космос не прощает нерях». В итоге, Эл привык к тому, что всё у него было разложено по местам и готово к использованию в любой момент, как только понадобится. А увлёкшись конструированием кибер-устройств, он стал ещё более щепетильным в вопросах порядка.
Следующим шагом в освоении каюты стал осмотр гардероба прежнего владельца. Эла в первую очередь интересовало наличие скафандра и его состояние. Открыв несколько встроенных шкафов, он вскоре обнаружил скафандры. Эл невольно присвистнул от удивления. «А этот парень явно был пижоном» - отметил он про себя, оглядывая целую батарею разнообразных скафандров. Тут были типы и дизайны наверно под все случаи жизни. Одна загвоздка - их бывший владелец был гораздо крупнее Эла, так что всё это добро придётся куда-то сплавить. Но и без скафандра ему никак нельзя. Поэтому надо будет как-то решить этот вопрос, и как можно скорее.
Закончив ревизию гардероба своего предшественника, Эл задумался. Итак, выходит, что у него нет ни тачки, ни скафандра, да и держат его тут фактически за раба: «хочешь жить – паши за хавчик, иначе - вали в шлюз подышать космосом». Он сбежал от Аазора, чтобы получить свободу... Недалеко же он ушёл своим ходом.
Одолеваемый такими мыслями, Эл, как истинный воспитанник вольного наёмника, пришёл к самому логичному для него выводу: раз не дают подобру, надо брать самому. Существенно уступая пиратам физически, он всё же имел одно серьёзное преимущество, которым и решил воспользоваться. Эл был хакером. Именно за эти способности его оставили в живых и приволокли в это бронированное логово. При всех недостатках его текущего положения, пираты будут вынуждены доверить ему свои кибер-системы. Вот тогда и станет ясно, кто здесь кому хозяин.
Не теряя времени даром, Эл вернулся к столу и принялся за дело. Подключившись к внутренней кибер-сети станции – благо, сетевое гнездо имело стандартный разъём, а в таких делах беспроводной связи он предпочитал плотный физический контакт, - он тут же запустил «сверло» - программу подбора паролей и параметров доступа. Пока его программка «сверлила» местную систему защиты, он достал небольшой приборчик и прошёлся с ним по периметру каюты. Как он и ожидал, в стенах было полно скрытых камер и микрофонов. Без сомнения, за ним следили. Что ж, так и должно быть - его персоне уделяли должное внимание. Затем он вернулся назад и небрежно бросил приборчик на край стола, незаметно включив инфракрасный стробирующий фонарик. Балагоры, как и люди, различали цвета в достаточно узком спектральном диапазоне. Более того, их цветовое восприятие было ещё более сужено, как, впрочем, и острота зрения. Но эти недостатки компенсировались наличием восьми глаз. В итоге, даже если его хозяева за ним сейчас и наблюдали, они бы не смогли различить работающий инфракрасный стробоскоп на фоне обычного освещения – наверняка панель визора сейчас отображает то, что приходит с камер видимого спектра. Тем не менее, Эл был уверен, что в его каюте каждая скрытая камера также снабжена инфракрасным оптическим усилителем для наблюдений в темноте. И каждая такая камера сейчас сходит с ума, пытаясь настроить параметры светопередачи, получая яркие спонтанные вспышки его инфракрасного фонарика, работающего с переменной частотой.