Жить скрытно его приучила суровая реальность, но он всё же не мог всё делать сам, поэтому приходилось полагаться на преданность Шрама. Однако у старого пирата была и другая тайна, о которой - он надеялся, - не знал даже Шрам. Немой Клайси, главарь одной из самых опасных банд в Галактике, в которую, как правило, попадали только криминальные профессионалы и рецидивисты, имел все основания не доверять своим подопечным. Поэтому он никогда не пользовался внутренней кибер-сетью и общим передатчиком для выхода в общегалактическую гипер-сеть. А это было необходимо для регулярных заходов на «Биржу», да и для некоторых других контактов, о которых его сообщникам лучше было даже не догадываться. Для этих целей он использовал бортовое оборудование своего корабля, который был снабжён мощной многоуровневой системой защиты, а само оборудование было настолько уникальным, что никто кроме Клайси даже не смог бы им воспользоваться.
Система была основана на технологиях Смакту и некогда была снята с их корабля. Это была редкая удача, так как корабли Смакту – это биотехи, которых выращивают прямо в космосе. Все внутренние системы представляют искусственно выращенные органы. Если такой корабль в космосе попадёт под раздачу, все его внутренности расплёскиваются наружу, мгновенно превращаясь в облако пара и льда. То, что остаётся, мгновенно застывает, а после разморозки превращается в дурно пахнущий кисель. Извлечь что-либо работающее из такого корабля практически нереально. Но кое-кому однажды посчастливилось угнать целый корабль Смакту, который затем ещё и удалось разобрать на части. И даже после этого понадобилось проделать много кропотливой работы, чтобы заставить некоторые устройства работать в столь неподходящей для них среде, как корабль Балагора. Кроме того, управлять таким устройством мог не каждый. Но Клайси, казалось, был рождён для этого. С детства он страдал множеством недугов. Самыми серьёзными из них были заболевание дыхательной системы и почти полное отсутствие кожного покрова всего тела. Клайси был благодарен своим родителям, которые вопреки традициям Балагоров не разошлись, а остались вместе и сделали всё, что было в их силах, чтобы он выжил. Им удалось наскрести средств и оплатить операцию по регенерации кожи на голове и конечностях. Всё остальное тело было укрыто в герметичный скафандр, который защищал организм от внешней среды и инфекций. Помимо всего прочего, его лёгкие были заполнены специальной жидкостью, а в дыхательных путях находились фильтры, которые извлекали из воздуха кислород и обогащали им жидкость, а также выводили наружу продукты метаболизма. Такая система фактически не позволяла дышать лёгкими в общепринятом смысле этого слова, поэтому Клайси мог говорить, только втягивая и выпуская воздух из желудка. Ему пришлось научиться этому ещё в детстве, но речь звучала странно, и он предпочитал молчать, отчего и получил своё прозвище – Немой.
Когда Клайси повзрослел, ему пришлось, во что бы то ни стало, добывать средства буквально для того, чтобы выжить, ведь родители живут не вечно. Кроме всего прочего, через определённые интервалы времени ему необходимо было менять внутреннюю часть скафандра, а также проводить полную замену жидкости и фильтров в лёгких. Всё это стоит недёшево, и ему пришлось озаботиться тем, чтобы иметь средства для столь дорогостоящих процедур. Но ни скафандр, ни жидкость в лёгких не могли дать полного комфорта. Как только представилась возможность, он переоборудовал свою пилотскую капсулу в огромный резервуар, заполненный физиологическим раствором, подобным тому, что заполняет его лёгкие. Для работы в такой среде также понадобилось и специальное оборудование. Естественно, поиск оборудования не дал результатов, но кое-кто из врачей, лечивших Клайси, однажды пошутил, что с такими проблемами ему надо было родиться на Класту – родной планете Смакту. Клайси часто вспоминал об этой шутке, а спустя какое-то время, устав от своих мучений, наконец, решился на эксперимент. Он и был тем самым счастливчиком, которому удалось увести корабль Смакту и разобрать его на части. Даже сами моллюски наверняка не поняли, кому понадобилось угонять их биотех. В результате, Клайси получил собственную зону комфорта, в которой он мог содрать с себя ненавистный скафандр и дышать без фильтров. Впоследствии он часто задумывался о том, что бы с ним случилось, если бы он потерял этот небольшой пузырь радости?
Итак, Клайси прошёл на борт корабля, вставил в глаза прозрачные эластичные линзы, которые позволяли хорошо видеть внутри жидкости, и забрался в переходную камеру, которая быстро наполнилась физиологическим раствором. Затем он снял с себя скафандр и избавился от фильтров, что было достаточно болезненной процедурой, но позволяло ощутить радость и комфорт свободного дыхания внутри пузыря. Совершенно голый, он открыл проход и вплыл в пилотский отсек. Если бы его сейчас кто-то увидел, то пришёл бы в полный ужас. Тело, начисто лишённое кожи, кровавые мышцы, местами покрытые небольшими гнойниками, жировыми наслоениями и сгустками слизи – по нему можно было преподавать анатомию Балагоров. Кожа присутствовала лишь на кистях рук, ступнях и на голове. Но даже эта кожа была ужасна сама по себе – вся в глубоких морщинах и трещинах, будто глина на дне высохшей лужи посреди знойной пустыни.
Стены камеры, которая служила Клайси пилотской рубкой, внутри были покрыты толстыми мясистыми наростами с глубокими морщинами, словно стенки гигантского желудка огромного зверя. Сама камера была совершенно пустой, если не считать жидкости заполнявшей её полностью снизу доверху. Внутри камеры не было совершенно ни одного предмета, чтобы не повредить оголённую плоть её владельца. Для взаимодействия с системами корабля он использовал ментальные команды, мысленно отдавая приказы и получая визуальные образы непосредственно в мозг. Именно этим объяснялось развитие у Клайси столь феноменальной памяти и телепатических способностей - ему просто пришлось тренировать свой мозг каждую смену на протяжении всей его долгой жизни. Сигналы его мозга усиливал редкий минерал тёмно-зелёного цвета, который был спрятан под мягкой оболочкой, полностью покрывая поверхность рубки снаружи. Этот ментальный усилитель, функционально подобный тем, что использовали Ятагуши во время процедуры «Вращения Шара», позволял ему управлять кораблём лишь с помощью мыслей, не делая ни одного движения телом. Он никогда и никому не позволял заходить внутрь своего корабля, и, естественно, не рассказывал о том, что это за минерал и где он его взял. Клайси предпочитал, чтобы это так и осталось его тайной, потому что тайна эта могла стоить ему жизни.
Повиснув посреди своего странного мирка, Клайси закрыл глаза и сосредоточился на мыслеформах и зрительных образах, всплывающих в его сознании. Это было для него столь привычно, что он даже не задумывался над тем, как у него это получается. Он уже попросту не замечал принципиальной разницы между действиями в реальном и ментальном мирах. Второй был для него даже более удобным, так как не требовал совершать неуклюжие физические манипуляции, и позволял создавать любые интерфейсы и органы управления, не прилагая для этого каких-то особых усилий. Его бортовой кибер-интеллект также был настроен на данную систему взаимодействия с хозяином. Их тандем был уникальным симбиозом реального и искусственного интеллектов, где типы связи, форматы данных, и протоколы взаимодействия выстраивались на протяжении всей сознательной жизни Клайси. Поэтому, даже если бы кому-то вздумалось взломать всю эту систему, он наверняка сошёл бы с ума, пытаясь понять, как тут всё устроено и как оно работает.
Подключившись через ближайший портал к Галактической информационной сети, Клайси зашёл на «Биржу», чтобы проверить поступление оплаты за последнюю миссию, но обнаружил, что с ними так и не расплатились. Придя в бешенство, он решил жёстко пообщаться с дилером. Его авторитет и статус на «Бирже», зачастую, здорово помогали в подобных вопросах. Но тут он с изумлением обнаружил, что дилера не только нет в сети. Этот малый также вылетел из списка дилеров, хотя по-прежнему значился в логах общения. Что-то тут было не так!