А почему бы и нет!
Включаю обогреватель, чтобы ночью не замёрзнуть, и спатиньки. Лечь решаю не раздеваясь, в комбинезоне. От греха подальше. Пусть во сне люди обычно не чихают, но кто его знает, как со мною может произойти?
Проспав весь оставшийся день и всю ночь, проснулась только утром следующего дня.
Медленно размыкая веки, фокусирую взгляд на окружающем пространстве. И вспоминаю всё, что произошло вчера.
Только что была расслаблена и довольна, а тут вся подобралась, как перед прыжком в прорубь.
Лежу и боюсь пошевелиться. А вдруг сию минуту опять начнётся?
Но проходит минута, другая, всё хорошо и спокойно. Делаю перекат со спины на правый бок и по привычке плавно съезжаю на пол. При отсутствии страховочного водоматраса приземление выходит жёстким. Потирая зашибленные коленочки, держусь за кровать и, кряхтя, поднимаюсь. Выпрямившись, поворачиваюсь налево, затем направо — вот и вся гимнастика.
Ощущаю зуд на теле. Не привыкла спать в одежде. В постоянном коконе долго не протяну. Это ж какое издевательство, без утреннего душа?
Плетусь на кухню. Настроение — ноль.
Завариваю зелёного чайку и с блаженством растекаюсь в кресле-качалке.
Прикрыв глазки, глубоко втягиваю носом благоухающий запах чая и…
— Апчхи!
Ой! Больно-то как!
Резко открываю глаза, и обнаруживаю себя в своей ванной. Не успеваю обрадоваться и....
— Апчхи! — Я снова в кресле-качалке с зажатой в руке чашкой чая.
И ведь даже капли не пролилось.
Ставлю её на стол и, зажимая нос пальчиками, начинаю дышать ртом. Ну точно рыба, выброшенная на сушу.
Только бы не чихнуть!
При телепорте, как я читала, главное хорошо знать то место, куда стремишься попасть. И ещё, чтобы там не было людей.
Вспоминаю своё появление в автобусе и чувствую, как краска стыда заливает лицо.
После воспламеняющего воспоминания, мой мысленный процесс развивает невероятную для него скорость в поисках безопасных мест. Мелькает одно предложение, следующее, ещё... Одна мыслеформа сменяется другой.
Я и не предполагала, что так много знаю.
Вот что творит с человеком шок!
Лихорадочно перебираю места, где когда-то была.
Стоп! Кажется, парочку нашла. Появись — никто не заметит!
Первое находится недалеко от деревни, где прошло моё детство. Лес. Большое дерево с огромным и вместительным дуплом. В нём прятались мои детские сокровища. Последний раз я видела его пять лет назад, когда приезжала на похороны родителей. Места там глухие и безлюдные, и, наверное, долго ещё такими останутся.
В носу защекотало.
Успеваю сообразить, что в дупле не помещусь, а вот рядом с деревом хорошо бы оказаться. И…
— Апчхи! Ай! — Сижу в сугробе у раскидистого старого дуба.
Снег смягчил удар, но в следующий раз надо вставать, когда приближается чих. А то моё достоинство скоро превратится в сплошной синяк.
— Апчхи! — Я снова в кресле-качалке.
Спешу встать с него с мыслью, что может мне на нос прищепку надеть?
— Апчхи! — Ванная комната, где на верёвке передо мной — гроздь прищепок.
Глубоко вдыхаю, с шумом выдыхаю.
— Сколько я смогу пробыть в квартире? — делаю шаг в сторону от прищепок. Пять секунд — полёт нормальный. Второй шаг — в сторону спальни. Семь секунд — полёт нормальный. Захожу в комнату. Десять секунд — полёт нормальный.
— Апчхи! — Стою на кухне садового домика. Хорошо, что стою.
Так-с…
Второе место, куда могу переместиться без опасения встречи с людьми, это пещера высоко в горах. Я обнаружила её в те давние времена, когда ещё не весила сто кило с хвостиком и любила горные и лесные походы. В одной из одиночных вылазок и была обнаружена небольшая пещерка, вход в которую находился на скрытой отвесной стороне скалы.
Итак, необходимо вспомнить, как она выглядит изнутри? Ибо как она выглядит снаружи я помню очень хорошо и точно не желаю туда переместиться: это будет путь в один конец — без возврата.
— Ап-Ап-Чхи! — Тёмное нутро пещеры высветилось перед мысленным взором в самую последнюю миллисекунду затухающего чиха.
Открываю глаза и ничего не вижу. Изо всех своих дамских сил пялюсь во тьму в надежде на прозрение. Под ногами — твердь. Перед глазами — темнота. А что за спиной?
Осторожно разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и вижу далёкий сумрачный зев выхода из пещеры.
Иду к нему.
Снаружи — восходящее солнце и пропасть вниз.
Действительно та самая пещера, в которой я не была уже лет пятнадцать. Как мне помнится, она невелика в размерах. Где-то пять на шесть метров. В потёмках изысканиями заниматься не хочется.