- Но как вы могли знать, что нас не атакуют?
- Как я и говорил, лейтенант, - капитан опёрся о перила мостика, - во время войны у нас были точно такие же системы наведения. Но тогда мы не могли даже навести орудия на минбарские корабли… Так что же изменилось сегодня? Почему они подставились?
- Они… Хотели, чтобы мы уничтожили их? Попытка самоубийства?!
- «Остаётся лишь честь и смерть»… Так она сказала… Двенадцать лет в изгнании - на родную планету им не вернуться. Сдаться – значит потерять честь. Сражаться – развязать новую войну и принести своему народу ещё большие потери. У них просто не было иного выбора. Только погибнуть от руки землян и стать мучениками…
Под всё ещё напряжённые комментарии диспетчера, отслеживавшего поведение двух вражеских крейсеров, Иванова и Шеридан повернулись к терминалам, наблюдая, как «Трагати» начал плавно разворачиваться, стремясь достигнуть зоны перехода и уйти с поля боя. Но в следующее мгновение орудия второго минбарского крейсера дали короткий залп, буквально разрезая противника надвое. Это была известная Шеридану тактика – уничтожить двигательную установку корабля противника, минимально рискуя его полным уничтожением, но почти наверняка имея возможность захватить экипаж в плен. Он сам порой поступал так же с пиратскими капитанами, если успевал, но…
- Реакторы «Трагати» выходят на другой режим работы… - сообщила Сьюзан.
- Они повреждены атакой?
- Нет, сэр, они... Боже мой…
Резкая, ослепительная даже через светофильтры, вспышка осветила мостик станции – командир мятежного минбарского крейсера, понимая, что им не уйти, активировал систему самоуничтожения, уходя непобеждённым и ставя точку в ситуации на своих условиях. За считанные секунды до этого минбарские истребители уже начали разворачиваться от станции, стремясь успеть оказаться в зоне поражения взрыва – это явно был не жест отчаяния, но заранее продуманный план на тот случай, если всё пойдёт не так, как запланировано. Самоубийство ради того, чтобы сохранить собственную честь, чтобы умереть в бою, но не требовать от сородичей осквернить единство братоубийством.
- Вас вызывают, капитан… - вздохнула Иванова, с трудом отходя от только что увиденного.
- Говорит капитан Джон Шеридан, «Вавилон-5»…
- Возможно, для вас всё происходящее было всего лишь… небольшим местным кризисом, капитан… - перебил мужчину появившийся на экране минбарец из касты воинов. – Но для нас… Это была трагедия. Для многих из нашего народа «Трагати» и его экипаж были героями. Их гибель будут оплакивать. А вас… - минбарец смерил капитана мрачным взглядом. – Вас запомнят.
- Капитан! Открывается зона перехода! Это…
- Да сколько же можно?! – не удержалась от стона Иванова, снова поворачиваясь к обзорному окну.
Искра энергии разогнала темноту космоса, и чуть в стороне, ближе к планете «Эпсилон-3», развернулась огромная воронка перехода, через которую, величественно выплыла… Огромная золотая пирамида корабля посла Империи Гоаулдов. Готовившийся сам уйти в гиперпространство минбарский крейсер словно налетел на невидимую стену, остановившись и повернувшись в сторону нового действующего лица.
- Это корабль гоаулдов… - выдохнула лейтенант. – Лорд Баал?
- Подтверждаю, – кивнул диспетчер. - Мы получили идентификатор посла. Минбарский крейсер… Лейтенант! Они наводят орудия на корабль Лорда Баала!
- Дьявол…. Дьявол!!! Крейсер Минбара, говорит лейтенант Иванова, - женщина лихорадочно пыталась связаться с крейсером, явно намеревавшимся здесь и сейчас развязать не то что земляно-минбарскую войну (а «Вавилону-5» придётся принять участие для защиты одного из послов, даже если эта защита ему и не требовалась), но и вовсе войну межгалактическую. – Это дипломатический корабль! Повторяю, ваши орудия наведены на личную яхту посла Империи гоаулдов, Лорда Баала! Прекратите подготовку к бою! Повторяю…
- Добрый день, мадам лейтенант, - из динамиков раздался чем-то донельзя довольный голос Баала, бесцеремонно (а когда он делал иначе?) связавшегося со станцией, даже не дожидаясь момента, когда ему ответят, - у вас, как я погляжу, что ни день, то новый кризис? Я не вовремя?
- Лорд Баал… - с трудом выдавила из себя женщина, - Я прошу прощения… Да, у нас было… некоторое напряжение, но ситуация уже под контролем. Прошу прощения, за небольшую задержку, мы сможем вас принять сразу же, как только крейсер Минбара покинет сектор станции…