Оглянувшись по сторонам, убеждаясь, что не вляпается во что-то неприятное, только двинувшись к своей цели, юноша подхватил небольшую дорожную сумку, стоявшую у его ног под столиком, и двинулся в сторону лифта. У него оставалось ещё примерно сорок минут до начала посадки на транспортный центаврианский корабль, отправляющийся на «Иммолан V», и по счастливому стечению обстоятельств у него были средства на то, чтобы купить туда билет, что он и сделал некоторое время назад…
Ну, как «отправляющийся»… До «Иммолана» было невозможно добраться с «Вавилона-5» напрямую, но, поскольку колония представляла собой известный туристический объект, практически каждый второй рейс, уходящий от станции, вёл куда-то в пространстве Республики, где можно было совершить пересадку и добраться, наконец, до своей цели. Так и тут – его транспорт изначально шёл в систему Рагеш, пострадавшую в ходе нападения нарнов почти год назад, но, тем не менее, сохранившую роль как минимум транспортного узла для отправки дальше в пространство Центавра.
Двери лифта с уровня с тихим шелестом открылись перед Велиасом, и молодой центаврианин, уже сделавший шаг вперёд, невольно замер, уставившись на фигуру перед собой. Бывший император не знал, было ли это провидением, или дургой шуткой Вселенной, но именно сейчас, именно в том самом лифте, который вызывал он, стоял посол Республики Центавра Лондо Моллари. Собственной персоной.
Впрочем, «послом» его можно было назвать только номинально – по мнению Велиаса, настолько нетрезвый центаврианин не мог называться не то, что послом, но и аристокартов в принципе! Моллари стоял в кабине лифта, прислонившись к стене и прикрыв глаза, а в его руке, чудом не выпадая из пальцев, покоился позолоченный кубок, судя по зеленоватым каплям на полу под которым, когда-то содержавший джалу, центаврианский напиток на основе сока дерева Джалва.
- А… В… вы едете? – Лондо приоткрыл один глаз, с явным трудом сфокусировавшись на не спешившем заходить юноше. – Двери сей… сейчас-с-с закроются…
- Да, конечно, - дёрнув щекой, Латьениа вздохнул, но всё же сделал шаг вперёд, в лифт, касаясь сенсорной панели и выбирая нужный уровень.
- Реш-шили попутшествовать? – улыбнувшись спутнику, Лондо указал рукой с зажатым в ней кубком на сумку в его руках. – И пральна! Я бы тоже улетел… Но не могу… Я посол… Без меня тут фсё развалится… И нарны будут пировать на руинах!
Велиасу было удивительно (и довольно неприятно) видеть обычно крайне вежливого и воспитанного Моллари в таком состоянии. За время бытности Турханом он встречал многих аристократов, и Лондо был одним из них – каждый раз он оставлял впечатление умного, изобретательного и весьма деятельного представителя благородных родов Республики. Да он и был таковым - бывший император прекрасно помнил, сколь полезные услуги оказывал Моллари престолу и государству. И прекрасно помнил, что не раз награждал своего придворного, особенно – в последний раз, когда разрешил тому расторгнуть два из трёх ненавистных «деловых» браков. Но сейчас…
- Мы знакомы?
- Не думаю, - очень и очень медленно, «чтобы не расплескать», покачал головой центаврианин, - хотя… Погодите… Вы оп… определённо мне кого-то… нап… ик! напоминаете! Да, нет же… Н-не может такого быть…
Велиас напрягся, даже начав прикидывать, как ему поступить, если вдруг Моллари опознает в нём Турхана, скинувшего внезапно век с небольшим, но тут лифт, наконец, достиг нужного этажа, и Лондо, озадаченно мотнув головой, просто пожал плечами, нетвёрдой походкой выходя в коридор, напоследок отсалютовав Латьениа бокалом с остатками джалы. Двери лифта закрылись, отрезая центавриан друг от друга, и бывший император с облегчением выдохнул, продолжая свой путь к уровню с таможенными блоками станции.
И только Лондо Моллари, сделав несколько шагов из дверей уже давно уехавшего лифта, остановился посреди коридора, озадаченно хмурясь и явно пытаясь выудить что-то из своего замутнённого алкогольными возлияниями сознания. Наконец, на лице посла проступил суеверный ужас, сопровождаемый резким отрезвлением, а сам центаврианин медленно и осторожно повернулся к закрытым лифтовым дверям, с подозрением переводя взгляд с них на бокал в своей руке.
- К-кажется, мне стоит бросать пить, да? Нет… Или да… - пробормотал Моллари. – Я только что видел юного Императора, собиравшегося в путешествие… Пришёл и мой час, да? Но… Я же видел свой конец… Это должно произойти не сейчас…