***
Крайне мрачный Майкл Гарибальди сидел на своём рабочем месте и смотрел в монитор системы наблюдения. А на мониторе его непосредственный начальник, капитан Шеридан, на протяжении уже почти десяти часов методично и с полной самоотдачей закапывал самого себя и всю свою карьеру под огромной горой первоклассного, свежайшего навоза – командир «Вавилона-5» допрашивал задержанного ранее мистера Мордена.
Нет, Гарибальди прекрасно понимал и в чём-то даже поддерживал мотивы своего начальника, всё же потерять жену в катастрофе – само по себе уже достаточно, а уж внезапно увидеть одно из коллег этой самой жены, который должен быть точно таким же мёртвым всё это время… М-м-м… Будучи совершенно откровенным и честным с самим собой, Майкл не мог гарантировать, что в такой же ситуации сам не повёл бы себя так же. Но… Он был не в такой ситуации, и именно поэтому, будучи в состоянии видеть происходящее со стороны, мог попытаться донести до капитана ошибочность и опасность такого поведения…
- Тьфу… Упрямый скотина! – явно усталый и раздражённый Шеридан вошёл на пост охраны, не глядя бросая свой китель на одно из кресел и целенаправленно направляясь к кофейному столику. – Но ничего… Чем дольше я допрашиваю, тем больше в его словах нестыковок…
- Капитан…
- Всё что мне нужно – это поймать его на прямой лжи… И тогда-то я смогу…
- Капитан!
- Я понимаю, мистер Гарибальди… Но не могу иначе!
- Чёрт побери, капитан! – почти сплюнул Гарибальди, беря капитана за плечи и буквально силой усаживая в кресло за рабочий стол. – Заканчивайте создавать мне бардак на рабочем месте! Вот!
- Что это? – удивлённо посмотрел на Гарибальди Джон.
- Что-что… - хмыкнул Майкл. – Официальное обвинение в подделке документов, незаконном прохождении таможенного досмотра, - Гарибальди демонстративно выкладывал перед начальником распечатанные и заполненные бланки, - и, для полного счастья – ордер на осмотр каюты на предмет потенциальной контрабанды. Вот его – подпишите, пожалуйста.
- Это… - вчитавшийся, наконец, в выложенные перед ним документы Шеридан поднял на Гарибальди наполняющийся пониманием взгляд. – Спасибо, Майкл…
- Пустяки, шеф, - улыбнувшись, начальник службы безопасности пожал плечами. – Был бы человек, а статью всегда подобрать можно. Зачем нарушать протокол, если его можно правильно… заполнить? Правда, есть небольшая неувязочка, - Гарибальди почесал кончик носа, - из посольства Республики Центавра пришла официальная бумага – они заявляют, что у мистера Мордена есть дипломатический статус… По сути, мы вообще должны были его не задерживать, а просто передать им для разбирательства и направить официальную ноту…
- Дипстатус? Какого чёрта… - Шеридан нахмурился. – Да кто он такой чёрт побери?!
- Да если бы я знал… Тут уже вам решать, капитан, - пожал плечами Майкл, - не думаю, что центавриане поднимут вой ради одного человека, но… Вы же знаете Лондо – ему что угодно может в голову стукнуть…
- Этому может… - вздохнул Джон. – И что тогда ты предлагаешь?
- Я бы предъявил ему официальные обвинения, - постучал Гарибальди пальцем по разложенным бланкам, - проверил его каюту, пробил документы по всем базам… Ну, стандартный протокол… А потом, - безопасник вздохнул, - отпустил бы его ко всем чертям. Всё же, сейчас нам для полного счастья только дипломатического скандала с центаврианами не хватало…
- Отпустить?! Майкл, он же…
- Разумеется, он тут же попробует слинять со станции. И, я уверен, в следующий раз или прибудет сюда так, что в его документах и комар носа не подточит, или вообще ввезёт сам себя контрабандой… В любом случае, сейчас, не нарушая кучи положений, мы с этим ничего поделать не можем. Но в любом случае, - Гарибальди приложил к груди ладонь, - я сам буду следить за ним, пока он на «Вавилоне». Если придётся – даже в соседнюю кабинку сортира сяду каждый раз, как ему посрать приспичит! Если там будет, что находить, я найду, на чём его поймать! Но… в рамках закона, шеф…
- Н-да…
В кабинете на некоторое время воцарилась тишина. Шеридан медленно пил уже почти остывший кофе и смотрел на монитор системы наблюдения, показывающий камеру Мордена. И его почти разрывало два противоречивых чувства – с одной стороны был здравый смысл (кто бы мог подумать, что такая субстанция вообще существует у человека, кажется, получающего удовольствие от командования станцией вроде «Вавилона-5»…), недвусмысленно намекавший капитану, что Гарибальди во всём и абсолютно прав, а с другой… С другой стороны была его погибшая жена, жажда узнать хоть что-то о её судьбе и, чего греха таить – крошечная надежда, что если выжил Морден, то могла как-то выжить и Анна…