Открыв контейнер на браслете, Элеи достал серебристый кристалл. Пара движений, и на головы дерущихся полетела ловчая сеть. Через минуту каждый замер в той позе, в которой его коснулось плетение.
Арена кадеши представляет собой круглый зал. Ложи КДеш располагаются в четыре уровня, постепенно понижаясь к середине. В самом ее центре располагается внушительная пирамида, на верхней площадке которой место председателя.
В наступившей гробовой тишине Элеи и сопровождающая его декада не спеша, спустились по центральному проходу и так же медленно поднялись на пирамиду. Шад’хар, самым бесцеремонным образом выкинул замершего председателя из его кресла. Элеи сел, варги заняли свое место за спиной, а советник устроился прямо на полу, рядом с креслом. Только после этого Элеи щелчком пальцев заставил сеть рассыпаться.
Последовавший за этим ажиотаж длился не больше минуты. Вскоре тишина на арене возобновилась. Теперь КДеш не только не позволяли себе выяснять отношения, они даже дышали через раз.
— У вас три минуты, чтобы разойтись по местам, — Элеи не нужно было повышать голос. Акустика зала донесла его слова до ушей каждого из присутствующих.
Никому не надо было повторять два раза. КДеш бросились в разные стороны, как тараканы под светом лампы. Еще до конца отпущенного времени на арене воцарился порядок. Сесть Элеи никому не позволил. Поэтому, впервые, за последние десять лет, весь кадеши остался стоять на ногах.
— Ложи КДеш Ссар’ход и КДеш Тхон’ах.
Два тоненьких ручейка потекли по проходам к подножью пирамиды. Когда все собрались внизу, Элеи жестом указал на тех, кто был справа. Один шагнул вперед.
— Наместник Шак’ран, ложа КДеш Тхон’ах, — представился он.
— Претензии ложи.
— Претензии Тхон-Деш к Ссар-Деш. Покушение на главу ложи.
Следующий жест Элеи был адресован ложе слева.
— Исполнитель Дах’тор, старший в ложе КДеш Ссар’ход, — вышел вперед совсем юный хетар.
Элеи, молча, удивился. «Исполнитель» далеко не самый высокий титул в ложе. И, тем не менее, на сегодняшний момент он тут главный. Ему сообщили о гибели трех из ложи. А где же остальные?
— Боятся ответственности, — как будто прочитал его мысли советник. — Свалили все на юнца и надеются избегнуть наказания.
— Ответ ложи, — обратился Элеи к исполнителю.
— Претензии не обоснованы. Полноправный ответ на избиение Ссар-Деш.
Направо.
— Полноправный ответ на нарушение акта.
Налево.
— Акт не затрагивает устный договор.
— Наличие предписания является основанием.
— Чужеродный договор не имеет силы.
— Твое место — улицы за туристами подметать.
— Пусть все знают, чем ты дорогу в ложе пробил.
— Куда лапы тянешь, жаба болотная!
Во внезапно наступившей тишине можно было услышать, как падает перышко. Советник поднялся, и КДеш приготовились узнать решение императорского Дома.
Два часа выяснений отношений между ложами. Короткий перерыв, и еще час на выявление виновных в убийстве членов ложи КДеш Ссар’хода. Полтора часа перерыва, за который Элеи успел выслушать больше десятка доносов и кляуз. Еще два часа на разъяснения всех тонкостей исполнения контракта с Простором. И, как результат, валящийся с ног кадеши, которому так и не позволили присесть.
— Решение императорского Дома, — начал свою речь советник Шад’хар, — не подлежит отмене, пересмотру, невыполнению…
А Элеи уже не слушал. Он был выжат как лимон, и двадцатиминутная речь советника дала ему шанс передохнуть. Но рано, рано еще расслабляться. Это в Тирнассе почти ночь, а дома, на Айри, еще полдень. Да и здесь все дела еще не закончены. В резиденции его ждет ужин, а после на прием уже записаны больше десятка посетителей. И отказать им нельзя. Не так часто императорский Дом появляется на Хет-Каре. «Опять будут хвалить себя, и жаловаться на других! У хетар это в крови. Ни одна встреча тут не обходится без собственного вознесения и унижения всех остальных. Это как присказка перед любым делом…»
Элеи прикрыл глаза. Хорошо еще капюшон глубокий и не заметно, что он совсем не слушает советника. Главное — сидеть ровно. Кадеши не то место, где можно высказать свою слабость. Ведь здесь и сейчас он не просто сын императора. Он это сама власть, сама мощь императорского Дома. А власть должно быть сильной. Особенно если речь идет о хетарах.
Шад’хар закончил свою речь и Элеи поднялся. Арену кадеши он покидал медленно. Нарочито медленно. Глубокий капюшон не мешал ему видеть измученные лица КДеш, которые только и ждали его ухода, чтобы рухнуть в кресла. Элеи и сам бы с удовольствием отдохнул, но еще не время. Он отдохнет дома, а здесь пусть они валятся от усталости, а он не позволит себе даже тяжелого вздоха.