— Людей хватает, господин полковник. Проблема в другом. Если с Этаром в карантине что-то случится, нам останется лишь наблюдать за этим. Чтобы попасть из приемного бокса в палату нужно пятнадцать минут.
— Что бы с ним ни случилось, он должен быть в клинике. Никаких посылок и посещений. Если будет летальный исход — тело не выдавать никому. Вы лично за это отвечаете, Горак. Кстати, когда профессор в последний раз интересовался здоровьем сына?
— Двадцать третьего числа. Откуда был сделан звонок, нам проследить не удалось. Разговор длился всего семнадцать секунд. Он узнал, жив ли его сын и тут же отключился.
— Что бы ни произошло, отвечайте, что жив.
— Так точно, господин полковник.
Экран погас, а майор продолжал на него смотреть. Простояв минут пять, он решительно направился к карантинной зоне.
— Пост один, доложить обстановку!
Сидящий перед мониторами сержант подскочил и развернулся навстречу.
— Пост один! Дежурный на посту — сержант Лар! За время дежурства в карантинную зону никто не входил и никто не покидал. Других происшествий на посту нет!
— Вольно, сержант. А это еще что такое?! — взгляд Горака был устремлен на монитор за плечом сержанта.
***
На мониторе загорелся значок вызова. Седьмая палата — Лиана. Аккуратно протянув руку, чтобы не сбить настройку автосистемы, Этар нажал на прием.
— Привет, как ты сегодня? — Лиана выглядела необычайно довольной.
— Привет, пока не хуже, чем вчера. Мне опять начали давать элиум. Доктор Илар говорит, если выдержу весь курс, снова смогу вставать.
— Тяжело?
— Еще как. После первой дозы меня трясло полчаса, — Этар вымученно улыбнулся.
— Ты держись, не раскисай. Доктор Илар хороший врач, он знает, что делает, — Лиана заговорчески понизила голос. — А меня завтра переводят в обычную палату. Представляешь, там можно будет гулять по коридору и смотреть местные каналы. А еще там есть отдельная комната, чтобы встречаться с родителями. Здорово, правда?
Лиана вскочила с кровати, и Этар невольно позавидовал ее свободе. Ей было десять лет, и из них три Лиана провела в больницах. В клинику доктора Илара она попала после очередного обострения. За восемь месяцев изоляции и интенсивного лечения здесь сотворили чудо. Хоть она и лишилась всех волос и зубов, а кожа приобрела зеленоватый оттенок, зато Лиана выздоравливала. Пусть ей и предстояли годы реабилитации, но ей подарили шанс. Шанс, которого не было у Этара.
— Я рад за тебя. Выздоравливай и береги себя.
— Ты тоже выздоравливай. Ты сегодня говорил с Маноком? Он не отвечает на мой вызов.
— Манока забрали домой.
— Как забрали? Его не могли выпустить из клиники, он же еще не закончил лечение!
— Это частная клиника, Лиана. И каждый день здесь стоит больших денег. Родители Манока больше не могли за него платить.
— Откуда ты знаешь?
— Я говорил с ним вчера, когда он собирался.
— Но без аппарата он умрет, — губы Лианы задрожали. — Это неправильно.
— Иногда это правильнее, чем жить вот так.
— Не говори так Этар.
— Я много раз думал, что бы было, не отправь меня отец сюда. Ему не пришлось бы продавать дом в столице и переезжать в Сармак. И мама бы его не бросила. Они бы вместе пережили это горе, и, может быть, получили разрешение на второго ребенка. А так ты не только умираешь сам, но и убиваешь своих родных!
Этар зажмурился, и по щекам скатились две слезинки. К горлу подступил ком, и внезапно стало трудно дышать. Аппарат сработал мгновенно. Легкий щелчок, и в вену впрыснуто лекарство.
— Прости, я не хотела тебя расстраивать. Мне пора.
— Удачи тебе, Лиана, — едва прошептал Этар.
Монитор погас, и в комнате вновь воцарилась тишина. Кто-то включал в палате голограммы, но Этар не любил этих иллюзий. Какой смысл видеть вокруг себя природу или родных, если от этого они не становятся ближе. Этар закрыл глаза, разговор с Лианой его утомил.
«А еще неделю назад я спокойно мог разговаривать с несколькими ребятами», — грустно подумал он.
— Этар!
В первую секунду мальчик подумал, что ему послышалось. Но в палате отчетливо раздались шаги, и, открыв глаза, он с удивлением уставился на гостей. В палату карантинного изолятора имели право заходить только особые врачи и только в спецодежде. Двое мужчин, стоящих сейчас возле кровати, никак на них не походили. На них были высокие сапоги и перчатки, а на обнаженные плечи накинуты странного вида плащи.
— Вы кто?
— Нас послали за тобой, мы отвезем тебя к отцу.
Один из них достал из перчатки медальон.
— Меня зовут Гайра. Вот, возьми. Этот крест ты подарил отцу в тот день, когда ложился в эту клинику. Тогда ты сказал, что он подарит ему силы жить дальше.