— Здесь. Смотри, сейчас из шлюза выйдут.
По периметру шлюзовой камеры побежали зеленые огоньки. Как только они соединились в сплошной круг, дверь распахнулась.
— Слушай, Лас, ну что там? — в рубку протиснулся штурман. — Ребята уже извелись, мы взлетаем или нет?
— Какой там взлетаем, смотри что творится! — связист кивнул на экран.
— Капитан. А это кто с ним? — нахмурился мужчина.
— Динарцы. Тут их спецназ сел. — сказал как отрезал.
— Слушай, а чего они… Да нет, нет, не взлетаем. Жопа тут! — крикнул штурман в переговорку. — Объяснять долго. Сейчас, погоди…
— Лас, — обратился штурман уже к связисту, — а ты можешь дать эту картинку на внутренние экраны? Думаю, никто не хотел бы пропустить такое шоу.
Экипаж «Шер Танели» не спускал глаз с внешних экранов. Все семьдесят два человека с небритыми и недовольными лицами наблюдали за разговором своего капитана с командиром динарского спецназа. Всем без исключения хотелось как можно быстрее покинуть эту станцию. «Станцию мертвецов», как уже окрестили они между собой Динар-3.
Последняя надежда
В последнее время гостиничный номер стал для Харбина добровольной тюрьмой. Сейчас, когда закончилась немыслимая гонка наперегонки с судьбой, Дар Харбин реально взглянул на свое положение. Все предыдущие месяцы, начиная с того момента, как Геор принес ему эту запись, профессор запрещал себе думать о том, что держит в руках ключ к жизни Этара. Геор Дейли даже не подозревал, насколько сильно болезнь единственного сына изменила профессора. Такие непохожие друг на друга, они дружили с детства: задиристый хулиган Геор и маменькин сынок Дар. Геор частенько подшучивал над своим другом, и не всегда эти шутки были безобидными. Дар не обижался — ведь это по дружбе — зато остальные уличные хулиганы никогда его не трогали.
Дар же, в свою очередь, регулярно покрывал проделки Геора: прятал у себя ворованные вещи и деньги и никогда не запускал руку в чужую копилку. Даже когда мать нашла у него тарку, ограниченный к продаже лёгкий наркотик, Дар соврал, что купил ее сам.
Друзья выросли. Дар окончил университет и остался работать на кафедре ИП-связи, а через три года защитил кандидатскую, женился, и жизнь его постепенно улучшалась. Геор же несколько раз попадал в серьезные неприятности, но благодаря природному везению легко из них выпутывался. Затем он вдруг исчез на несколько лет, а появился уже с неплохим капиталом. Каким образом старый друг разбогател, Дар Харбин никогда не спрашивал.
Когда с Этаром случилось несчастье, Геор пару раз подбрасывал Дару денег на лечение и даже устроил обследование в правительственной клинике. А когда мальчику поставили диагноз, стало понятно, что в деньгах Дар будет нуждаться постоянно. И Геор Дейли снова исчез.
Состояние Этара ухудшалось, сбережения таяли, и однажды профессор Харбин встал перед выбором: оставить сына умирать в государственной больнице или поместить мальчика в частную клинику.
Дар Харбин выбрал второе. Ему пришлось уволиться из Центрального Университета Аллеи, работа там не позволяла иметь дополнительный заработок. И из уютного особняка на Аллее он переехал в университетское общежитие на Сармаке. А вот Джета не поехала. Она заявила, что выходила замуж за столичного ученого, а не за провинциального нищего.
— Тебе не вылечить Этара! — кричала она, собирая вещи. — Только продлишь его мучения! Он все равно умрет, а мне надо жить дальше!
Она забрала все, что смогла: мебель, технику и даже машину.
— Половину денег за дом не требую, не считай меня бесчувственной, — заявила она под конец, хлопнув дверью.
Так они остались вдвоем. Этар теперь лечился в клинике на Мирта, а вырученные за недвижимость деньги профессор положил на активный счет, с которого каждую неделю оплачивал лечение. Тогда Дар Харбин убедил себя, что пока на счету есть деньги — его сын будет жить.
Полгода он вкалывал в трех ВУЗах Сармака, отсыпаясь только в коротких перелетах. В тот день профессор Харбин вернулся в общежитие раньше обычного. Он только сел за курс новых лекций для операторов УДПС, как дверь комнаты открылась. На пороге стоял Геор, вытаскивая из замка электронную отмычку.
— Геор, когда приходят в гости — стучат и ждут, пока хозяева откроют.
— Стучат гости, Дар, а я к тебе по делу, — Дейли по-хозяйски прошел в комнату. — Да, тесновато у тебя тут, после дома-то на Аллее. Слышал, Джета тебя бросила. Не удивлен. Эта кошка всегда любила только себя. Ты был для нее только кошельком и статусом. Кошелек прохудился, и она его выбросила.