— Ты пришел сюда, чтобы вспоминать прошлое?
— Нет, ну что ты. Говорят, твой парень совсем плох. Вот возьми, — Геор протянул карту. — Как говориться, чем могу…
— Спасибо, Геор, я…
— Да ладно, старый друг тебя никогда не оставит, — он похлопал Харбина по плечу. — Хоть бы угостил чем, а то некрасиво как-то получается.
— Спиртного у меня нет, я в последнее время не пью.
— Напрасно, при твоем стрессе рюмочка хорошей выпивки на ночь не повредит. Ну да ладно, налей хоть лини, только не ту солому, что у тебя в чашке, — сказал Геор, заглядывая в заварник.
Профессор только хмыкнул. Он покупал только самые дешевые сорта и совсем не рассчитывал на гостей.
— Я сейчас.
Выйдя в коридор, Харбин постучал в соседнюю комнату: там жил Алар, лаборант его кафедры.
— Извини, Алар, что поздно. У меня гость, а угостить его совсем нечем.
Через пару минут Дар вернулся в комнату, неся на подносе две чашки с ароматным лини и вазочку с печеньем. Геор, стоя у стола, листал черновики лекций.
— И вот эту чушь ты впариваешь своим студентам?
— Это не чушь, а устройство непрерывной генерации гасящих И-импульсов. Если тебе интересно, то любая информация имеет «разрешающий маркер». То есть информационный файл для свободного обмена должен иметь «разрешение». Если такого маркера нет — информация получена незаконно и за её распространение, в том числе вывоз, следует разбирательство и штраф. Вот о таких сканерах и идёт речь. Наподобие металлоискателей, который фиксируют «информационный импульс», то есть излучение определённой частоты, которую генерирует любой инфо-кристалл… Прости, это профессиональное. Ты угощайся…
— Ну, как ты здесь? — спросил Гор, с неприязнью глядя на тоскливый пейзаж за окном.
— Ты действительно хочешь услышать ответ?
— Не особо. Я больше удивляюсь, как ты держишься до сих пор.
— Разве у меня есть выбор?
Гор Дейли повернулся и взглянул на Харбина.
— Ну ладно, мне пора, — внезапно встрепенулся он. Я буду на Сармаке еще неделю, не возражаешь, если еще раз забегу?
— Заходи, конечно. Я всегда рад тебя видеть.
Махнув рукой, Гор ушел, а профессор так и остался стоять в посреди комнаты. Дар Харбин слишком хорошо знал Проныру Дейли, так что в цели его визита нисколько не усомнился. Комната небольшая, да и времени у него было немного.
Обыск немедленно дал результат: к задней стенке выдвижного ящика комода был прикреплен тонкий инфокристалл. Даже в детстве Гор никогда не таскал Дару мелочевку, только серьезные вещи, за которые можно было реально схлопотать. Геор Дейли даже не подозревал, насколько сильно болезнь единственного сына изменила профессора.
В тот день до конца эту запись Харбин так и не досмотрел. То, что он держит в руках жизнь Этара, он понял сразу, как только прочитал название станции на одежде врача: Динар-3.
Станция мертвецов. Три месяца назад жуткие кадры оттуда не сходили с эфира. Четырнадцатого октября в 20.45 грузовой корабль «Шер Танели», согласно расписанию, зашел на Динар-3. На вызов корабля никто не ответил, и «Шер Танели» пристыковался в аварийном режиме. Техники, отосланные капитаном на станцию, вскоре вернулись с кошмарной новостью: на станции все мертвы.
Все! В этом капитан грузовика убедился, когда взломали дверь центра управления. А еще через полчаса запись со «станции мертвецов» впервые показали в открытом эфире.
То, что запись слил начальник связи, выяснилось позже, когда к Динару-3 пристыковался перехватчик внешней безопасности. Военные попытались замять это дело. Но кадры уже попали в эфир, и успокоить теперь людей было не просто. Дав телевизионщикам два дня обсмаковать новость, спецслужбы заявили, что персонал станции погиб из-за неисправности системы вентиляции. Версия стала официальной, хотя в нее не верил никто.
Профессору Харбину понадобилось полчаса, чтобы сопоставить бортовое время записи — 15.32, со временем стыковки «Шер Танели». Пять часов. Через пять часов после вскрытия тела катанга и появления этой записи, на станции все были мертвы.
Первым порывом Харбина было обратиться в посольство. Но, подумав еще, он отказался от этого. Слишком велика была вероятность того, что спецслужбы Сармака постучат в его дверь раньше, чем его обращение дойдет до Алидара. Так что он решил сразу лететь. Ведь на Алидаре у него больше шансов обратить на себя внимание.