— Если люди не видят обитателей космоса, это не значит, что их не существует. Среди звезд живет не меньше существ, чем на планетах. Как и любая другая среда обитания, космос выдвигает свои условия для жизни. Так вода подразумевает умение плавать, а воздух — умение летать. В космосе требуется другое умение — смещаться. Смещение — это сдвиг в измерении. Ну, если совсем просто, то представь, что космос это океан. И все мы, в том числе и наши корабли, плаваем по его поверхности. Но кроме поверхности есть еще и глубина. Именно на глубине обитает большинство космических сущностей. Как рыбы в воде. Иногда они всплывают. И тогда мы видим аномалии, вроде «линзы» или «вихрей». Смещению можно научиться. Для этого достаточно и небольших способностей. Варгаллы и всадники — для них смещение, это как погружение под воду. И конечно, чем глубже смещение, тем более громоздкой должна быть амуниция.
— А какая между ними разница?
— Разница в сущностях, с которыми они имеют дело. Варги держат свору ящериц. От двух до четырех, в зависимости от способностей. Для этого им и нужны повязки. Без них они просто не увидят своих питомцев. Но в смещение они не уходят, поэтому довольствуются лишь сапогами и перчатками. Это все равно, что держать рыбу на поводке.
Всадникам сложнее. Для путешествия в смещении они надевают плащи. Варгаллы — это разновидность всадников. Вот только у них не послушные кони, а своенравные драконы. Они способны затянуть своего наездника достаточно глубоко, так что им просто необходимы полные доспехи.
— Кони, драконы, откуда такие названия?
— Человеку свойственно ассоциировать что-то непонятное с уже известным. Сейчас, когда мы отвадили ткачей от Алидар, для охраны кораблей, идущих на Раса или Хет-Кар, вполне достаточно одной декады всадников или двух варгаллов. Но вот дальше. Чем дальше от Алидар, тем больше вероятность попасть в сети ткачей. И если с самими ткачами всадники способны справиться, то рвать их сети могут только драконы варгаллов.
— А ткачи?
— Ткачи, они жители космоса. Охотники ткачей легко скользят среди звезд в поисках пищи. Там, куда приходят ткачи, начинаются болезни и войны. Их сообщество представляет собой рой. И этот рой прекрасно чувствует себя среди звезд. Они не привязаны к планетам, как мы. Вместо этого они строят в космосе гнездо. Гнездо — сердце роя. Там обитает главная их ценность — королева и дамы. Но гнездо надо кормить, поэтому им мало просто собирать смерть. Они должны приводить в гнездо живых людей или других разумных существ. И в тот момент, когда мы вышли в космос, мы упростили их задачу. Теперь им больше не надо появляться на планетах, достаточно раскинуть сети ждать, пока какой-нибудь корабль в них попадет. Человек имеет отмеренную ему от рождения нить жизни. Чем длиннее нить, тем дольше живет человек. Если нить тонкая — человек подвержен болезням. Если нить гладкая — он удачлив. Но если она заканчивается — человек умирает. Ткачи питаются смертями, обрывая эту нить, и забирают с собой непрожитые жизни. Для них эти нити — единственный способ иметь потомство. Мы соседствуем с ними больше тысячи лет, и вся наша история — это непрерывная борьба за выживание, — закончил свой рассказ сати.
Вино было давно выпито. В камине угасал единственный язычок пламени. Кинери притянул к себе Сайен, и, коснувшись губами ее шеи, прошептал:
— Останься сегодня со мной.
— Кери, это слишком…
Договорить сати ей не дал. Поцелуй закрыл девушке рот, и Кинери осторожно уложил ее на подушки. Руки Сайен плотно обвили его шею.
***
Сайен лежала на коленях Кинери и задумчиво разглядывала пляшущее пламя. Даже сегодня, отправляясь с ним в Сагау, она не могла себе представить, что этот вечер закончится так.
— Кери, а жены сати сильно уродливые?
— С чего ты взяла такое?
Кинери бросил в камин несколько поленьев и огонь начал разгораться с новой силой.
— Они же все всегда ходят в плащах, и никто не видит их лиц. Какой я буду, Кери?
— Такой же красивой, как и сейчас. Только вот здесь, — Кинери провел рукой по вискам, — появится десяток кристаллов, похожих на драгоценные камни.
— И все?
— Ну, если не станешь первой, то да.
— А если стану?
— Тогда кристаллов будет больше.
— А когда они появятся?
— Через месяц, или полтора.
Сайен вдруг замолчала, уставившись куда-то вдаль. На лицо набежала тень, и она вдруг опять почувствовала себя обреченной. Кинери подсел ближе и обнял ее за плечи.
— Все не можешь выкинуть из головы этот полет? — спросил он
— Выкинуть? Кери, неделя осталась!
— Ты больше не веришь моему обещанию?