— Как ваше самочувствие, уважаемый Харбин? — спросил Элеи.
— Спасибо, я все еще жив.
— Вы сохранили чувство юмора? Похвально.
— Это единственное, что удерживало меня от сумасшествия. Где мы?
— В гнезде катангов.
— Катанги? — Харбин огляделся. — Они не слишком похожи на то, что я видел на записи.
— Это Дамы, а на записи вы видели Разведчика. Все их особи имеют различный внешний вид, в зависимости от выполняемых обязанностей.
На платформе появился Тори в сопровождении варгаллов. Они уже закончили с ложем Дамы и Привратник забрал ее вместе с теми запасами, что ему удалось унести за один раз. Пускать его в гнездо во второй раз никто не собирался.
— Мы закончили внизу, — сообщил Тори. — Пора уходить.
Подойдя к Адени, он переложил его на плащ всадника. Осторожно завернув его, Тори поднял брата на руки. Теперь, когда трое сыновей императора были вместе, Харбин вдруг подумал, как он мог не заметить сходства между ними раньше.
— Это ваш брат. Я должен был догадаться сразу, еще в храме.
— Знай вы это, уважаемый Харбин, ваша партия была бы заранее проиграна. Королева — телепат, вы не смогли бы скрыть от нее свои мысли. Заподозри она что-то похожее, то никогда бы не допустила вас с Адени так близко. Идемте, мы последние, кто остался здесь.
«Звёздный всадник»
Флагман «Ритан» принадлежал Лоэли. Мощный военный линкор и по сей день оставался таковым, так и не превратившись в паркетный корабль. Военная дисциплина Лоэли присутствовала здесь во всем. Он даже не стал расширять каюты, оставив все так, как было, за исключением капитанского отсека: пять кают, изначально рассчитанных на старших офицеров, теперь полностью принадлежали ему. Две из них занимал Лоэли, еще две — его секретарь и варги. А последняя была превращена в рабочий кабинет. Объединяющий их холл трансформировался в приемную.
Никогда еще «Ритан» не принимал стольких членов императорской семьи одновременно. Так что Лоэли пришлось потесниться. Теперь он остался только в одной каюте. Две другие заняли Элеи и Тори. В четвертой вместе оказались две варги и Килин, кабинет остался нетронутым.
Когда профессору Харбину сказали, что с ним хотят побеседовать, неожиданно для себя он вздохнул с облегчением. Похоже, настало время расставить все точки. Сидеть в каюте уже не было сил, а разгуливать по императорскому флагману ему не сильно-то позволяли. Зайдя в приемную, он застал там Элеи.
— Мое почтение, Са-Элеи, — вежливо поклонился Харбин. — Мне сказали, что вы хотите со мной побеседовать.
— Проходите, уважаемый Харбин, — сделал приглашающий жест Элеи. — Нам действительно есть, что обсудить, но давайте дождемся Лоэли.
Профессор прошелся по комнате, с интересом рассматривая обстановку. Летать на личном корабле, тем более на флагмане, ему еще не доводилось. Он, конечно, не был разочарован, но императорские покои он представлял себе по-иному. Все было как-то обыденно. Простая мебель, и никакого намека на роскошь. Никаких украшений, за исключением… Взгляд Харбина внезапно остановился на картине.
Средних размеров полотно — метр на полтора — висело в простенке между дверьми. Черный космос, наполненный светом тысячи звезд. На заднем плане — вполне узнаваемый диск Алидар, а впереди — невообразимая звериная морда, смотрящая прямо в глаза. Тело зверя прорисовано не полностью, оно как будто растворяется среди звезд. А верхом на нем — всадник. В глухих черных одеждах, глубокий капюшон закрывает лицо, а слишком длинный плащ развевается за спиной. На фоне искрящихся звезд он смотрится пятном мрака. На руках у всадника сидит девушка. Длинные белые волосы рассыпаны по обнаженным плечам. Босые ноги прижаты к грубому седлу. Все остальное скрыто небрежно накинутой полой плаща всадника. Она нежно обнимает его с явным намерением поцеловать.
У Харбина перехватило дыхание. Ничего подобного он раньше не видел.
— Картина называется «Звездный всадник». Красиво, не правда ли?
— Да… Действительно красиво. Такого я не видел еще ни разу. У художника своеобразный взгляд на мир. Но… — Харбин так и не решился закончить свою мысль.
За него это сделал Элеи.
— Не лучший выбор для военного корабля? Лоэли лишь недавно обосновался здесь. Вообще-то, «Ритан» принадлежит отцу. А, учитывая, кто ее автор, Лои так и не решился ее снять.