— Килин, секретарь Са-Лоэли, — представилась она, хотя этого можно было не делать. Горак прекрасно запомнил ее во время их разговора по связи. Других встречающих она представить не удосужилась, тут же перешла к делу. — Аудиенция назначена только вам, господин майор. Вашим людям придется остаться здесь.
Выбора у Горака не было. Велев десантной группе вернуться на шлюпку, Горак отправился вслед за секретарем.
Если бы Горак не знал, что это настоящий боевой корабль, то ни за что не поверил бы в это. Ему приходилось летать не только на человеческих кораблях, но и на инопланетных, вот только такого технического беспредела, он нигде не встречал.
Коридоры «Ритана» были темны. Они едва освещались какими-то лампами, то ли масляными, то ли спиртовыми. Гораку невольно вспомнился отчет техников шестилетней давности. Ведь тогда он так и не поверил, что космический корабль может освещаться открытым пламенем. Но сейчас он убеждался в этом лично. По крайней мере, те светильники, что он видел, действительно пламенели.
Килин провела его по нескольким палубам и более чем десятку отсеков. И все они поражали Горака своей величиной и внешним видом. Во-первых, откуда столько места? Только непосвященный человек может сказать, что при отсутствии силы трения можно делать корабль какой угодно формы и вместимости.
Помещения на космическом корабле были рационализованы до минимума. Ведь помимо жилых отсеков, присутствуют еще и технические нужды. На нормальном корабле двигательные отсеки занимают 30% общей площади. Плюс топливные, водяные, воздушные баки. Плюс вспомогательные системы воздухо- и водоочистки. Плюс еще куча других, не таких крупных, но не менее важных систем, от работы которых зависит жизнь экипажа. Все это в сумме занимает 64% общей площади корабля. И только 36% отводиться на жилые помещения. 36% — это узкие, только чтобы могли разминуться два человека, коридоры. Каюты размером два на полтора метра, рубка управления, где, заступив на вахту, можно было покинуть свое место только по головам товарищей. Единственным просторным помещением являлась столовая, совмещенная с зоной отдыха. Только здесь можно было собраться группой из двадцати человек или устроить небольшое состязание без риска что-нибудь разнести.
А здесь как будто не знали про это. Коридоры, по которым Килин вела Горака, имели больше двух метров в ширину, причем из-за скудности освещения они вообще казались нескончаемыми. Лестницы, не крутые трапы, а самые настоящие спиральные лестницы поднимали их с палубы на палубу. Кроме этих самых коридоров Горак мало что видел, поэтому, когда очередной поворот привел их в просторную, ярко освещенную приемную, даже слегка растерялся.
Килин не остановилась, а сразу направилась к одной из пяти дверей, что тут находились. Быстро взяв себя в руки, Горак бросил на помещение профессиональный взгляд. Похоже, это жилой блок, ну, или его аналог. Пять дверей должны быть каютами, объединенными общим холлом. В холле мягкая мебель, пара столиков, они даже не привинчены к полу. Непростительная халатность на космическом корабле. Что они будут делать при малейшем сотрясении. Одно попадание из резонара, и все это полетит по воздуху легким перышком. В пылу боя любой незакрепленный предмет является дополнительным поражающим фактором. На этом основано действие некоторых орудий, задача которых не пробить внешнюю обшивку, а причинить внутренние разрушения. А еще лучше — вызвать пожар. Открытое пламя — смерть если не для корабля, то для отсека точно.
— А вот это не про имперцев, — подумал Горак, с подозрением рассматривая огненные чаши, освещающие холл. — Такое ощущение, что законы физики и гравитации на них не действуют.
Горак попробовал прикинуть, сколько кислорода должны жечь такие фонари. По самым грубым подсчетам выходило, что такой корабль мог находиться в космосе не больше двадцати минут. Потом все на нем должны задохнуться…
— Прошу вас, господин майор, — открыла одну из дверей Килин. Горак не стал тянуть время и шагнул внутрь.
Кабинет сати Лоэли выглядел по-родному практично. Если отвлечься от огненных ламп, с которыми Горак все еще не мог смириться, то так мог выглядеть и его собственный кабинет, занимай он чуть более высокое положение, чем сейчас. Рабочий стол, динамическая карта, сбоку от стола — пульт, чем-то напоминающий управляющую панель капитана корабля. Хотя за последнее Горак поручиться не мог. Как выглядит капитанская консоль имперского линкора, он ни разу не видел. Все лаконично и удобно, как и полагается на военном судне.
Хозяин кабинета выглядел в таком окружении вполне гармонично. Наметанным взглядом Горак сходу определил в Са-Лоэли профессионального военного. Совсем молодого — насколько помнил Горак, сати было то ли двадцать два, то ли двадцать три года — но уже успевшего проявить свой талант в военном деле.