Тягостная тишина в эфире. Если весть о её розыске уже добралась до Кольца, то придётся прорываться. С другой стороны, им потребовалось почти двадцать минут, прежде чем запустили оповещение по планетарной системе...
— Говорит капитан первого ранга, Максимилиан фон Верт, вас понял. Могли бы их и на ПКО вывести... Ваш корабль не отвечает на запрос «Свой — Чужой».
— Потому что это мой личный корабль, я была в увольнительной когда началась атака и прилетела на том, что было рядом! — Закричала Светлана и для верности грохнула кулаком рядом с передатчиком.
Ложь отчаянная, у многих родов есть семейные корабли, но каковы шансы, что дворянка-асс в момент атаки врага будет у личного истребителя, а не в кафе или постели? Вся надежда, что командование Кольца также сбито с толку видом кархарадонов и сейчас пытается связаться с ними, без результата.
— Принял. Держитесь.
Кречеты имперского флота пронеслись мимо Светланы, сцепились с акулами. Забытая и потерянная из виду, она пролетела через Кольцо и скрылась на другой стороне.
***
Олег подпёр голову кулаком. Бой уже давно не вызывает эмоций, по большей части приходится наблюдать за мельтешением условных фигур на тактической карте. Разгадать замысел врага, подловить на слабости и ударить в больное место. Вот и весь секрет. Младший помощник поставила перед адмиралом кружку с кофе, настоящим, чёрным как нефть и сладким. Ему снова двадцать, можно не считать калории и забыть про ужасы бессонницы из-за кофеина. Впрочем, он и раньше не обращал внимания.
Олег отхлебнул, глядя, как на карте две половины одного флота заканчивают формирование «лагеря» у одной из подходящих планет. В верхних слоях атмосферы черно от обломков систем ПКО и сбитых спутников, не каскад Кесслера, но близко.
Датчики взвыли разом. Вражеский флот пошёл в атаку, полагаясь на внезапность. Одновременно с этим ударная группа, затаившаяся по приказу адмирала, прыгнула в соседнюю систему к ядру флота. Первый вражеский червоточник вышел прямо посреди облака гальки и застыл, парализованный множеством сигналов. Магнитные поля сметают мусор к краям облака, но ещё десять минут могучая крепость будет бесполезна.
Флот, только и ждавший атаки, скоординированно принял её, свёл на нет и ударил в ответ. Второй червоточник, массивный сфероид, раскололся, выпустив едва ли треть истребителей, что сейчас сгорают под перекрёстным огнём. Олег отпил кофе, сладкий и с отчётливой горчинкой, как он любит.
Ударная группа в соседней системе проворачивает то самое, на что надеялись враги. Внезапная атака с нескольких направлений. Корабли вспыхивают один за другим, среди обломков сверкают лазерные всполохи и резкий свет термоядерных вспышек. Олег двинул пальцем, отсылая половину флота на подмогу ударной группе. Враг, успевший прыгнуть в их систему, нейтрализован. По всем каналам связи транслирует отчаянный вопль о сдаче.
Самое сложное в этом бою — не возгордится. Олег давно уяснил, что гордыня равносильна самоубийству. А военачальник, уверившийся в своём гении и тупости врага, опаснее для собственной армии, чем любой из врагов.
— Хороший кофе. — Сказал Олег, откидываясь в кресле и закидывая ногу на ногу. — Я прямо удивлён.
Помощница улыбнулась и кивнула.
— Спасибо, кофе машина сломалась, и я сама сделала.
— Да у вас талант, Маркова. Зачем только в армию пошли? Такой кофе варить надо на гражданке.
— Если не я, то кто? — Ответила помощница, пожимая плечами. — Уж лучше я сама встану, чем надеяться на других.
— И то верно... — Вздохнул Олег. — Передай флоту, пусть соберут сдавшихся и спустят на планету, а после взорвут оставшиеся корабли на орбите.
— Слушаюсь!
Адмирал посмотрел на собственное отражение на чёрной ряби кофе. Отпил и прикрыл глаза. Синдром Кесслера отличная вещь, когда надо превратить целую планету в тюрьму или лагерь военнопленных. Огромное количество обломков на орбите просто не даст никому сбежать. Разве что червоточинком, но открытие червоточины на поверхности и даже в атмосфере... Бегунов с таким планом остальные пленники забьют камнями.