Почти ежедневно поступали сводки с различных участков: погибли, подорвались на минном поле. Подрывались на минах во время боевой работы и саперы. Александра Бузина и его питомца с неопределенной задачей “делать все, что понадобится” назначили
на одну из застав. И они не сидели без дела. Саша продолжал натаскивать Джона на поиск взрывчатых веществ. Осматривали они и машины, пытаясь обнаружить припрятанную взрывчатку. Сослуживцы из стрелковых подразделений удивлялись: утром мы только собираемся на развод — он уже с собакой возится, вечером отдыхаем после службы — Саша с Джоном только возвращаются в подразделение. Грязные по уши — уже успели обшарить все окрестности.
В то время минная война еще не приобрела больших масштабов. Саперы в основном работали по разминированию оставленных боевиками населенных пунктов. Находилась работа и Джону.
Но по-настоящему пришлось потрудиться Александру Бузину со своим воспитанником во второй командировке, в которую Саша поехал уже специалистом первого класса.
“Ни мира, ни войны” — так характеризовали этот период противостояния бандформирований и федеральных сил. Боевики основную ставку делали на захват заложников и навязывание правительству непродуктивных переговоров. Одновременно продолжали вести активную минную войну: минировали дороги, здания, жизненно важные объекты. Увеличивался не только объем работы для саперов. Эта работа требовала все более высокого мастерства. Чувствовалось, что с чеченской стороны работают профессионалы. Все чаще встречались мины-ловушки, фугасы с секретом.
После первых удачных разминирований Саша поверил в себя и в своего четвероногого помощника. А когда в районе Орехово ими было обнаружено и обезврежено девять мин, шесть фугасов и склад инженерных боеприпасов и взрывчатых веществ — даже этот скромняга Саша Бузин не без гордости подумал, что они действительно профессионалы. Теперь без колебаний, без сомнительного “а вдруг не справлюсь” он брался за любое, самое опасное дело.
В марте прижатые к горам боевики предприняли очередную попытку нанести удар федеральным силам в глубоком тылу. В Грозном были одновременно атакованы шесть блокпостов. В это же время в районе населенного пункта Алхан-Кала внутренними войсками проводилась специальная операция. Вновь отличились рядовой Александр Бузин и Джон. На их счету двенадцать противотанковых мин и четыре фугаса.
За пять месяцев командировки эта “сладкая парочка” обнаружила сотни затаившихся в земле смертей.
В начале мая рядовой Бузин был придан роте разведки воздушно-десантной дивизии. Опытнее его и Джона в подразделении не было.
Начались нелегкие рейды по тылам бандформирований в районе Бамута. Саша чувствовал, что в этих боевых порядках он — ведущий. По нему сверяют шаг остальные. В противном случае можно шагнуть и ненароком наступить на одну из тех двадцати мин, обнаруженных Джоном.
Саперы всегда работают на некотором удалении, чтобы не подвергать опасности товарищей. Но инструктору служебно-розыскной собаки в этом отношении полегче. Против коварной взрывчатки они все-таки вдвоем с собакой.
Многочасовые рейды выматывают силы основательно. Но расслабляться Бузин не позволял ни себе, ни Джону. За ними — разведгруппа. Допустят ошибку — погубят всех. То и дело приходилось останавливаться, дожидаться, когда подтянутся остальные. Вот опять Джон подал голос. Точно, мина. Саша устанавливает красный флажок и устало опускается на колено. Дождаться разведгруппу, и, пока будут работать саперы, можно передохнуть поблизости. Но неожиданно спокойный, уравновешенный Джон как-то нервно заметался возле кустов, несколько раз остановился, вытягивая шею, принюхался. “Так может вести себя собака, только работая по следу”, — сразу сообразил Бузин. И Джон действительно запетлял, будто пытался отыскать потерянный след.
— Джон, ко мне! — вполголоса, но твердо скомандовал псу. Тот нехотя подошел к хозяину, а сам все всматривался в кустарник. Бузин присел за куст, приготовил оружие.
“Там явно какие-то люди, — мелькнула мысль. — Может быть, засада, а может, настигли чеченских саперов, по следам которых шли и обезвреживали мины”. Саша оглянулся: как бы предупредить разведчиков. Джон зарычал, а Бузин заметил поверх кустов мелькнувшие черные шапочки. Боевики! Они явно видят солдата с собакой и соображают, как бы их захватить. И наверняка знают, что за ними идут разведчики. Бузин снимает автомат с предохранителя и посылает короткую очередь в кусты. Там кто-то заорал по-чеченски вперемежку с русским матом, вскочил и прыгнул в овражек. Джон не выдержал такого соблазна и бросился на задержание. Сразу с той стороны полоснула автоматная очередь, собака, жалобно заскулив, рухнула на траву и, волоча окровавленные задние лапы, устремилась к хозяину искать защиты. Александр ответил длинной очередью, а сам все оглядывался, не видно ли разведчиков. Поняв, что тихо захватить солдата теперь не получится, как не удастся и внезапно напасть на разведку, под возгласы “Аллах акбар!” боевики открыли по нему массированный огонь. Александр патронов тоже не экономил, знал, что вот-вот должны подойти десантники. Главное — они теперь знают, что впереди засада. Перестрелка была скоротечной. Пока подоспели разведчики, боевики успели скрыться. Раненых и убитых унесли с собой. На том месте, где они находились, десантники обнаружили кровавые пятна.