Но про то не знали комбриг с комбатом, да и знать, конечно, не могли. Знали одно: сбылись тревожные прогнозы командования, построенные на основе последних разведдонесений. Просочившиеся в город бандиты пытаются взять реванш за поражения в открытых боях и настроены драться люто и нагло, пользуясь численным превосходством на жизненно важных направлениях. Будут блокировать военные городки, КПП, опорные пункты с целью последующего захвата правительственных учреждений, комендатур и других объектов чеченской столицы. Поэтому главная задача войск — продержаться в осаде, измотать сепаратистов и, сосредоточив силы для контратаки, мощными ударами уничтожить отряды противника. На огненном фоне всей заварухи единственное радовало, вселяло уверенность: готовиться к выполнению главной задачи с ходу, впопыхах комбригу и его офицерам не было необходимости. Не первый день на войне, знают, почем фунт лиха. Тактика противодействия изощренным бандитским вылазкам детально продумана и на КП группировки, и в штабе бригады, созданы запасы всего необходимого для долговременной активной обороны. Словом, есть порох в пороховницах, беда не застала врасплох. Теперь — воевать по отработанному тактическому сценарию. Умно и расчетливо. Заботясь о главном — о сохранении людей.
Легко сказать. Командир предполагает, а тот, кто высоко над ним и его старшим начальником, располагает. И, к сожалению, не всегда сообразуясь с обстановкой, канонами контрпартизанской борьбы, реальными возможностями частей, подразделений и войсковых нарядов. С шашкой вперед, и вся недолга! Вот и сейчас... "Духи" плотно зажали омоновцев в одном из зданий Октябрьского района. Те лихорадочно запросили помощи. Сверху приказ — немедленно выслать на разблокирование разведчиков и спецназовцев. Он, полковник Денисов, пробовал убедить: "Помощь оказать готовы, сил не пожалеем. Но в принципе это не задача "беретов". У них другое предназначение — разведывательные и специальные операции, которых обычным подразделениям не потянуть. В данной обстановке считаю целесообразным выдвинуть в указанный район группу оперативного батальона". В ответ категорично: нет, только разведбат — на броне! Что ж, приказ, он для всех приказ — и для генерала, и для полковника. Благо есть кому организовать его выполнение. Капитан Визнюк... Но, Господи, как же не хотел Денисов посылать Олега! Как старший товарищ не хотел: давило, давило предчувствие.
Отпускника на операцию — нехорошая примета... Но как комбриг, хорошо знающий, на что способен каждый офицер, пересилил себя: "Коль рвешься в бой, готовь спецгруппу, Олег Станиславович. Верю в тебя — пробьешься, выручишь товарищей. Об одном прошу, комбат, зря не рискуй, береги себя и людей. А теперь смотрим на карту..."
Получив боевой приказ, Олег побежал к казарме батальона — готовить своих гвардейцев. До выезда — всего ничего... А Денисов с головой окунулся в поток других проблем, каких у комбрига во фронтовой лихорадке не счесть. Бандиты наседают на городки, "блоки" — руководство обороной. Загрузка своего штаба по полной программе. Выполнение распоряжений командующего. Анализ поступающей информации. Оценка обстановки. Решения. Доклады на КП... Находясь в центре боевого управления, он будто слился с рацией, с картой, с телефонами, втянутый в круговерть многотрудных командирских забот. И среди них, точно тревожная тема в героической симфонии, — мысль о Визнюке и его группе. У мужиков сейчас самый тяжелый крест. По улицам — с бешеной скоростью, сквозь огонь. На выручку попавшим в беду...
Прорвутся. Должны прорваться!