Идти в обход — долгая песня. Решили — через пустырь. Ящик с цинками тащили попеременно. Чудом добрались до построек. Своих не видно, вокруг только враги. Пули не дают поднять голову и осмотреться. Прикрывая друг друга огнем, двинулись вдоль пустыря к соседнему зданию. Боевики их обнаружили и открыли сильный огонь. Долгова легко ранило в шею, Кирьяну прострелили кисть руки. Тут не то чтобы куда-то еще ползти, шевелиться опасно. Но им о себе думать некогда, где-то в этом районе их товарищи ждут помощи. Надо вот только Кирьяну руку перевязать. Долгов помогает братишке укрыться за стенкой, уступая ему свое место, а сам в это время чуть-чуть привстает. Здесь его и находит снайперская пуля. Он даже молвить ничего не успел.
Врачи потом сделают заключение: смерть наступила мгновенно.
— В это время поступила общая команда отходить, — продолжает вспоминать Константин Беш. — Я видел, как трое наших ползком тащат на себе четвертого. Кого, понять невозможно. А боевики просто озверели. Им бы только добить, добить... Как шакалы набросились, лупят из всех стволов. Ребята укрылись за тушей убитой коровы, и было хорошо видно, как эта здоровенная туша буквально подпрыгивала от прямых попаданий. Появившиеся слева через дорогу “альфовцы” кинули несколько дымовых шашек и кричат: “Бросайте тело и за дымами к нам, иначе вам там всем...” Шанс выбраться живыми был равен практически нулю. Но все-таки был. И ребята его использовали, когда к ним пробрался с носилками прапорщик медицинской службы из отряда “Витязь”. Погибшего положили на них и, пока дымовая завеса не рассеялась, успели вынести в овраг. Здесь-то я и узнал черную для всех “русичей” весть, что один наш товарищ погиб. Им оказался мой друг Олежка Долгов — любимец всего отряда.
Затем будут тяжелые минуты прощания в части и на родине Долгова. Хоронить своего земляка на кладбище соберется весь поселок. Море людей и море цветов. В российской глубинке не разучились чтить память русских чудо-богатырей.
...Бой этот стал для Олега последним. Поднявшись из траншеи в атаку, он шагнул в вечность. Золотая Звезда Героя России Олега Долгова будет всегда светить тем, кто по зову сердца пришел и придет в спецназ.
Александр СИМОНОВ
ИЗ РОДА ЕРМАКОВЫХ
Герой Российской Федерации рядовой Ермаков Вадим Константинович
Родился 20 октября 1972 года в Брянской области. В 1995 году окончил Брянский сельскохозяйственный институт. На службе во внутренних войсках с 1995 года.
Погиб 10 августа 1996 года при проведении специальной операции по освобождению от боевиков санатория в п.Черноречье.
Звание Героя Российской Федерации присвоено 30 марта 1998 года (посмертно).
Приказом министра внутренних дел навечно зачислен в списки личного состава воинской части.
Пусть же знают они все, что такое значит в Русской земле товарищество!
Уж если на то пошло, чтобы умирать, — так никому ж из них не доведется так умирать!.. Никому, никому! Не хватит у них на то мышиной натуры их!..
Н.В. Гоголь. “Тарас Бульба”.
КОНСТАНТИН Михайлович Ермаков, стоя у могилы сына Вадима крепился как мог. Закусив губу, седой, крепкий и кряжистый, из той породы русских мужиков, которых уже с молодых лет зовут по отчеству, он неотрывно смотрел на черный гранит памятника, утопающего в цветах. Тягучая и темная скорбь, непролитой слезой застывшая в глазах, казалось, еще больше углубила морщины, избороздившие лицо. Годы... Много было испытаний в его жизни, много бед. Но такого горя... Пережить сына... Единственного... Продолжателя рода, наследника...
Отец держал жесткую темно-красного цвета книжечку, на которой золотом блестела надпись “Герой Российской Федерации”. Поверх букв, заслоняя их сияние, лежала звезда. Константин Михайлович аккуратно подвинул медаль на середину удостоверения — смотри, сынок, это твоя звезда. Ох и тяжела она! Натруженным, привыкшим к работе, узловатым рукам отца было непривычно держать такую красивую, искусно сделанную награду. И хоть вес в ней был невеликий, тянула вниз к земле, в которой лежал сын, сильно. То была награда солдата, спасшего ценой своей жизни боевых товарищей. То была награда Вадима Константиновича Ермакова, рядового, стрелка 3-й мотострелковой роты 1 -го батальона оперативного назначения владикавказской части внутренних войск. То была награда сына, характер которого закладывал в него он, Константин Михайлович, надеясь, что Вадим никогда не уронит доброго имени Ермаковых. Сын не уронил... А имя его теперь в памяти человеческой навсегда. В памяти не только тех ребят, которые благодаря ему вырвались из лап смерти. Оно в памяти всех тех, кто служит, будет служить в части — Вадим зачислен в ее списки навечно, он в истории внутренних войск останется навсегда.