Перед глазами отца проплыли события позапрошлого года, когда к ним в рабочий поселок Вышков, в дом на улице Светлой, пришло горе, черным крепом покрыв все надежды на скорое возвращение сына из армии. Сын вернулся из Чечни одетым в цинк. Обессилевшая от страшной беды мать — Елена Федосовна — безуспешно пыталась хотя бы перед погребением в последний раз посмотреть на родную кровиночку. Крошечное оконце в металлическом саркофаге было тщательно замазано черной краской. Так и похоронили на сельском погосте в наглухо запаянном коробе. На похороны собрался весь поселок — ведь это был уже второй “двухсотый”, пришедший за время войны из Чечни. Для небольшого населенного пункта с несколькими тысячами жителей, где все знают друг друга, и одна смерть солдата — уже вселенская трагедия, а тут вторая...
Спустя два года у могилы Вадима Ермакова снова было многолюдно. Веренице машин и автобусов, казалось, не было видно конца. Чужого горя не бывает...
На двухлетнюю годовщину гибели солдата замкомандующего войсками Московского округа внутренних войск генерал-майор Георгий Веренич привез в Вышков награду — Золотую Звезду Героя Российской Федерации, чтобы вручить ее семье Ермаковых. Под залпы почетного караула и звуки военного оркестра генерал передал Константину Михайловичу награду. Отец Героя, крепившийся до этого, беря в руки Звезду, не выдержал — ладонью вытер повлажневшие глаза...
СЕМЬЯ Ермаковых — рабочая, крепкая, из российской глубинки. Из глубинки, где и сегодня присутствует тот русский дух, который, кажется, навсегда утерян в наших столицах да крупных городах. Из глубинки, где совестливость, основательность во всем
— и в работе, и в семейных делах, и в праздничной потехе — еще не вытравлены буйными ветрами перемен. А названия какие встречаются в российской провинции!
Чудны они для уха современного городского жителя, но как сочно и ярко звучат они на фоне безликого новояза. В таком вот брянском селе с удивительным названием Спиридонова Буда жили сначала Ермаковы.
Отец всю свою жизнь провел за баранкой автомобиля. Сначала был простым шофером в колхозе, потом выбился в начальники фабричного гаража. Работал много и километров нарулил за несколько десятков лет столько, что хватило бы, наверное, вокруг Земли объехать. В те годы в работе колхозной недостатка не было. Уходил из дому чуть свет и приходил затемно. А уж когда уборочная была — так тут и говорить нечего, только успевай поворачиваться, не до домашних хлопот. Все они были на плечах жены — Елены Федосовны. Правда, скоро у нее помощницы появились. Две дочери родились. Матери-то, конечно, помощницы, а вот Константину Михайловичу очень уж хотелось сына. Чтобы фамилию продолжил, чтобы передать ему все то, что в душе накопил: и умение работать по-настоящему, и любовь к местам родным, где деды и прадеды жили. А главное — чтобы имя его доброе и дальше жило среди людей, чтобы уважение, с которым земляки всегда относились к Ермаковым, передавалось из поколения в поколение. Ведь завоевать уважение трудно, потерять легко...
Осенью 72-го в колхозе только-только закончилась очередная уборочная страда, и уставшие за недели напряженнейшего труда люди понемногу отходили от бешеного рабочего ритма. Настроение у всех было почти праздничным — большое дело сделали! Такое же настроение было и у Константина Михайловича — свое отработал. Тело после ежедневных поездок по полям да суровым сельским дорогам налилось свинцовой тяжестью и гудело, как высоковольтные провода. Но работа сделана, а значит, и порадоваться не грех, отпраздновать как следует можно!
Праздновать действительно пришлось — но не завершение уборочной, а событие куда более важное. Елена Федосовна родила сына!
Уставшими от нелегкой шоферской работы, с навсегда въевшимся крепким запахом машинного масла и бензина руками Константин Михайлович острожно взял перевязанный лентой сверток, в котором мирно посапывал маленький человечек:
— Ну что, сын, расти. Тебе фамилию продолжать, тебе быть для меня главным помощником, а я уж постараюсь научить тебя жизни.
ВАДИМ — так назвали Ермаковы сына — рос быстро. Благо нянек у него было хоть отбавляй: и мать, и сестры старшие, и бабушка.
Вскоре семья переехала в соседний поселок Вышков. Отец стал работать начальником гаража спичечной фабрики. Здесь же родилась у Ермаковых третья дочь — Машенька. Вадим свою сестренку младшую любил, пожалуй, больше всех. Уже потом, когда служил в армии, обязательно в каждом письме просил, чтобы кто-нибудь, мать или отец, поцеловали ее от его имени. Но это потом, а тогда в Вышкове Вадим пошел в школу. В общем, жизнь текла своим чередом.