«Это все его азиранские штучки, – мысленно твердила я себе, стараясь не замечать косых взглядов идущего рядом Эрика. – Просто наваждение, какие-то особые феромоны. Но я ведь не животное, я контролирую свои инстинкты...»
Ага. Так хорошо контролирую, что скоро о моих чувствах не будет знать только слепой. Эрик вон уже, кажется, начал догадываться. М-да... Неловкая ситуация.
Ничего – скоро, если верить Ллайне, во мне проснется Тьма, и тогда безответная влюбленность станет далеко не главной моей проблемой. Возможно, я вообще утрачу способность любить вместе со всеми человеческими чувствами... Как это, интересно, происходило у Шартха?
Вряд ли я теперь его об этом спрошу.
* * *
Вечером, после ужина, спасаясь от накатывающей тоски, я решила наведаться в бассейн, впечатливший меня еще во время устроенной Альдисом мини-экскурсии. Заглянула к Эрику, но он как раз намывался в душе, и я поспешила покинуть его каюту, порадовавшись, что стенки душевой кабины сделаны из матового стекла. Заодно напомнила себе разобраться на досуге, как заблокировать дверной замок изнутри на случай таких вот неожиданных визитов. Или в каютах искателей – а может, и всех членов экипажа – такая опция не предусмотрена?
Дорогу до уровня, где почти все помещения были отданы под нужды морайтов, я нашла без труда – хотя и захватила на всякий случай коммуникатор с встроенным навигатором. Заняв свободную кабину для переодевания, сменила свой черный костюм на черный же слитный купальник, затем убрала волосы в короткий хвостик, насколько позволило мое каре. Боязливо выглянула из-за двери и, убедившись, что поблизости никого нет, просеменила в зал с бассейном, прикрываясь пушистым полотенцем, как щитом.
Надо сказать, бассейн на «Сантаре» был просто шикарным. Размером, наверное, с небольшое футбольное поле, с подсветкой, придающей воде сияющий голубой цвет, выстроившимися вдоль бортиков удобными лежаками и огромным панорамным окном, таким прозрачным, что из него, казалось, можно было выплыть прямиком в космический вакуум. Но больше всего меня поразил потолок, под черным куполом которого закручивались спирали далеких галактик и мерцали холодные огоньки бессчетных звезд. Иллюзия, конечно, но какая прекрасная!
Здесь уже собрались любители вечерних заплывов, но не в таком количестве, чтобы заставить меня струсить и повернуть назад. Стараясь не обращать ни на кого внимания, я бросила полотенце на ближайший лежак, осторожно спустилась по лесенке вниз и с тихим вздохом удовольствия скользнула в теплые объятия воды. Отплыла подальше, нырнула и на поверхности вновь показалась уже в самом центре бассейна, где перевернулась на спину и расслабленно зависла, любуясь парящими над моей головой звездами. Я сама словно была одной из них, крошечной странницей среди миллиардов других неизведанных миров, заключенных в оправу вечной ночи. На несколько волшебных минут исчезло все – полуосвещенный зал, люди, голоса и плеск воды, моя грусть и тяжелые мысли – и меня мягко и нежно понесло к этим звездам, как в том сне, что я увидела после первой встречи с Альдисом...
Где-то рядом шумно плеснуло, и, очнувшись от странного забытья, я приняла вертикальное положение и отыскала взглядом источник звука. И сдавленно булькнула, набрав воды в непроизвольно открывшийся рот – потому что всего в нескольких метрах от меня, рассекая голубую гладь сильными уверенными гребками, проплыли Альдис и Хэльвин. Они почти одновременно достигли противоположного края бассейна, оттолкнулись от него и вернулись к центру, где азиранка вдруг ребячливо навалилась фиору на плечи и окунула его в воду по самую макушку. Альдис, правда, почти сразу вынырнул, ловко выкрутившись из ее захвата, и я с изумлением увидела, как он смеется.
«Оказывается, ничто человеческое нам не чуждо!» – подумала я мрачно, изнывая от жгучей ревности. И на всякий случай отплыла подальше, не желая попадаться этой парочке на глаза. Впрочем, Альдис и его подружка были так увлечены друг другом, что даже не смотрели вокруг.
Плавать дальше резко расхотелось, и я как можно незаметнее выбралась по лесенке из бассейна и двинулась к тому месту, где оставила свое полотенце. Завернулась в мягкую пушистую ткань, закрывшую меня чуть ли не до колен, и присела на краешек лежака, угрюмо наблюдая за резвящимися в воде азиранами. Вот Хэльвин плеснула в Альдису в лицо, вот он убрал со лба мокрые белые волосы и, усмехаясь, одним быстрым движением догнал ее и притянул к себе... Но не поцеловал, а обхватил руками и вместе с ней ушел под воду, чтобы спустя секунд двадцать вынырнуть совершенно в другой стороне, смеясь и фыркая, как мальчишка.