Но в этот раз, врагом повержен,
Лежишь ты с раною в груди,
И треснул твой железный стержень,
Один ты там снегов среди.
Но я приду на поле боя,
Окончится твоя вражда,
И путеводною звездою
Тебе я стану навсегда.
Поймешь, что нету силы тверже,
Чем знать, что в бурю есть маяк.
И ты полюбишь меня больше,
А я люблю тебя и так.
(прим.: стихотворение «Маяк», автор Анна Кимова)
– Дима, ты в порядке? Я вижу, как ты переживаешь. Просто сердце разрывается…
Юля и Дмитрий прогуливались по саду Анастасии и были вдвоем.
– Столько ненависти вокруг! Ты бы видела Кирилла, когда он говорил со мной…
– Он был не в себе. Его психика не выдержала. Елена Васильевна сказала, что он, похоже, тронулся.
– Ты не слышала его. Это, видимо, копилось в нем всю жизнь. Представляешь, оказывается, он ненавидит меня за то, что его отец убил папу.
– Так все же он?
– Да. Кирилл сказал мне, что слышал, как тот отдавал приказ. Оказывается, Кирилла после этого отправили в психушку.
– Боже мой, пути господни неисповедимы! Твоего отца убили, а расплатился за это сын убийцы.
– Что-то в этом роде он мне и сказал… Что мне все равно.
Юля встала напротив Дмитрия и заглянула ему в глаза:
– И ты что из-за этого так себя мучаешь?
– Нет, не из-за этого. – Дмитрий вздохнул. – Просто кругом одни враги. Один из моих лучших друзей оказался предателем и чуть не отнял у меня все, что мне дорого. Второй ненавидит меня просто за то, что я есть. Как жить дальше? Как верить людям?
Юля взяла его за руку и сказала с чувством:
– Дима, ты не прав. Нельзя судить о мире по поступкам нескольких отдельно взятых личностей. И нельзя терять веру в людей лишь из-за того, что на твоем пути встретилось несколько мерзавцев. Ты спрашиваешь, как жить? С уверенностью. Что все будет хорошо, что ты найдешь в себе силы справиться со всеми испытаниями. Потому что тебя окружают потрясающие люди. Понимаешь? Потрясающие! Твоя мать, Тимофей Семенович, Евсей Петрович, Елена Васильевна. За целую свою жизнь я не встречала стольких прекрасных людей. Каждый из них уникален. И в центре их всех – стоишь ты. И ты еще спрашиваешь меня про веру в людей? Вернись на землю, Дима, не гневи Бога.
Дмитрий застыл взглядом на ее лице, а затем порывисто поцеловал Юлю. Она ответила на поцелуй с той же страстью.
Глава 33
Допрос шел уже второй час. За столом сидел следователь, а напротив него Альберт.
– Откуда вы знаете гражданина Торбеева?
Альберт говорил голосом робота:
– Впервые я услышал о нем от Марины Долгопятовой. Полгода назад она обратилась ко мне за помощью в связи с долгами. Она играла в подпольном казино, принадлежавшем Торбееву, задолжала ему много денег. Мы с ней были старыми друзьями, она попросила меня помочь ей с уплатой.
– Вы согласились?
– Нет, отказал. У меня нет привычки оплачивать чужие долги.
– Тогда как именно вы познакомились?
– Меня заинтересовал этот человек. Я поехал в Москву и встретился с ним.
– Как, при каких обстоятельствах?
– Явился к нему в клуб в качестве клиента. По рекомендации Марины. А там уже в беседе выяснилось, что у нас с ним были определенные общие интересы.
– Какие именно?
– В скором времени ему требовалось вывести через его региональный банк крупную сумму денег. А наша команда в Болшеве как раз начинала готовить проект для участия во всероссийском конкурсе. Я понял, что наши с Торбеевым интересы могут быть реализованы одновременно. И взял это на заметку. Четыре месяца назад, когда мы вплотную подошли к участию в конкурсе, я навел Торбеева на Кирилла Лаврентьева.
Дмитрий находился в соседнем помещении, и на столе перед ним стояло устройство, через которое он слышал все, что происходило на допросе. Он был сосредоточен. Между тем следователь продолжал:
– Каким образом?
– При личной встрече. Сказал, что у меня на примете есть человек, который может быть ему полезен.
– Какова была реакция гражданина Торбеева?
– Он сказал, что это ему интересно.
– Что было дальше?
– Я держался в стороне и наблюдал.
– Откуда вы получали информацию?
– От Натальи Север. Она встречалась с Кириллом и передавала мне их разговоры.
– Как часто?
– Редко. Когда Торбеев вышел на Лаврентьева, тот сначала не соглашался. Боялся ставить на карту деньги, которых у него не было. Наталья рассказала мне об этом. Тогда я сам встретился с Кириллом и предложил себя в качестве гаранта. После этого Лаврентьев согласился, полетел в Москву и предварительно договорился обо всем с Торбеевым.